Онлайн книга «Внук Персея. Книга вторая. Сын хромого Алкея»
|
— Зачем им? Дядя и так отдает Пелопидам город! — Прав был Сфенел: ты судишь, как лавагет. — О чем ты? — Вот я, вот враг. Твои мысли? Басилей обязан думать иначе. Амфитрион вскочил, опрокинув тяжелое кресло. Красный от гнева, он принялся мерять шагами мегарон. Песок яростно хрустел под ногами. В углу завел свою песнь сверчок — и стих в испуге. Сфенела молодой человек недолюбливал. Слова дяди уязвили его; наверное, потому что в значительной мере были правдой. И отец туда же! — Ты полагаешь, — Алкей давил, как опытный борец, — что Пелопиды удовлетворятся жалкой подачкой? Плохо же ты их знаешь. — Я знаю Пелопидов лучше тебя! Ты сиднем сидишь в Тиринфе, а я бился с Трезеном плечом к плечу… — Сравни меня, Электриона и Сфенела. Все мы — сыновья Персея. — Ну и что? — Сильно ли мы похожи? — Ладно, — укротив бешенство, Амфитрион остановился перед отцом. — А ты сам знаешь Атрея с Фиестом? Видел их? Болтать-то о них могут всякое… — Я никогда не видел этих юношей. — Вот! Так как ты можешь… — Зато я хорошо знаю, на что способен их отец. — Он пойдет на нас войной, если мы не выдадим ему сыновей? — Это было бы слишком просто. Амфитрион поднял кресло, но садиться раздумал. Уперся крепкими ладонями в стол, словно зверь, готовый к прыжку: продолжай, отец! Глупый сын слушает тебя, мудрого… «Мудрецы! — сверкало в его глазах. — О, мудрецы…» — Я не исключаю, что визит юных Пелопидов — хитроумная затея Пелопса. Пожертвовать внебрачным малышом, чтобы законые сыновья обосновались в Арголиде. Закрепились и начали прокладывать дорогу к троносам. — Пожертвовать сыном?! — Возможно, Пелопс и не замышлял зла. Просто воспользовался удачно подвернувшейся случайностью — смертью Хрисиппа. Или ты думаешь, что Проклятый настолько не владеет собой? Что в гневе он прислал требование о выдаче, граничащее с оскорблением? Желай он заполучить сыновей обратно, его слова, переданные гонцом, звучали бы иначе. Так, чтобы Электрион мог вернуть беглецов, сохранив лицо. И еще тешился бы мыслью, что владетельный Пелопс в долгу у Микен. Нет, мой хитроумный тесть не рассчитывал на выдачу сыновей. Напротив, он сделал все, чтобы ему отказали. Теперь его дети в Арголиде, и я не жду от них добра. — Что же ты молчал, отец?! В сердцах хватив кулаком по столу, Амфитрион выпрямился во весь рост. Скала в человеческом облике нависла над хромым басилеем Тиринфа. Толкни пальцем — рухнет на голову. — Почему не сказал этого братьям? Не убедил их?! — Бесполезно. Решение было принято заранее, без меня. Совет собрали для соблюдения приличий. Я — старший, я — басилей Тиринфа, вотчины Персея. Братья нуждались в моем согласии. Они получили бы его, так или иначе. Я согласился, не желая ссоры. — Боясь ссоры, ты подверг наши земли опасности? Почему ты хотя бы не попытался?! Я бы поддержал тебя! Отец, если ты уверен… — Я не уверен. Имея дело со старой лисой Пелопсом, ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Не в силах больше стоять на месте, Амфитрион кинулся к очагу. Обхватил колонну, словно врага, сдавил, запрокинул голову к потолку. Рухни, дворец! Гибни, душа моя, вместе с сомнениями! Напротив, из огня фрески, возносились к небу дед с бабушкой — звезды, они не могли успокоить внука. — Нашему дому грозит беда, — прохрипел Амфитрион, дрожа от гнева. — И ты ничего не сделал, чтобы ее отвратить! Однажды дед сказал мне: «Когда спасаешь кого-то — спасай. Не думай, как при этом выглядишь.» Я запомнил его слова. Хорошо запомнил! Да знай я, что Пелопиды — угроза Тиринфу… Я понял! Ты с самого начала не верил, что они — враги! Ты спорил, чтобы показать: у тебя есть свое мнение! Чтобы братья тебя уговаривали, а ты в конце концов согласился! Я прав, отец? |