Книга Открытая вражда, страница 44 – Владимир Мясоедов

Интерлюдия. Цели и пули.

— Эй, а почему это она будет нас испытывать⁈ — Возмутился молодой парень лет двадцати, гневно уставившись на Анжелу. Под тканью его светлой рубашки бугрились внушительные мускулы, короткие штаны открывали довольно толстые и мускулистые ноги, словно у профессионального бегуна, а висящий на поясе здоровенный пистолет благодаря своему монструозному размеру, калибру и стволу, выглядящему откровенно коротковатым, мог бы оказаться кем-нибудь принят за небольшую мортиру.- Где госпожа Доброслава или хотя бы этот русский боярин, как его…Коробков?

— Коробейников. И, кстати, я его жена, и на то, чтобы вытереть вами пыль меня хватит с лихвой, — смерила наглеца пристальным взглядом Анжела, которая даже и не сомневалась, что фамилию этот юнец исказил намеренно. Волшебница, которая вообще-то боевым магом звалась отнюдь не за красивые глаза, демонстративно вытащила из своей кобуры револьвер, достала из висящего поверх брони подсумка несколько пуль, блеснувших серебром в свете потолочных светильников, откинула в сторону барабан, а после принялась боеприпасы по одному на положенное им место заряжать. — Ну, щенок⁈ Может, начнем уже проверять, сойдешь ли ты хотя бы за обычное пушечное мясо или же тебя лучше сразу с лестницы спустить⁈

— Аргх! — Взревел оскорбленный парень, оскалив слишком большие для человека клыки, после чего принялся стремительно меняться. Его фигура с хрустом стала увеличиваться, лицо вытягивалось, кожа покрывалась слоем плотной черной шерсти…А потом к нему подскочила Анжела, буквально за пару мгновений преодолевшая разделявшие их два десятка метров, и с размаху пнула в грудь оборотня, принимающего боевую ипостась. Пнула в ту самую грудь, которая как раз сейчас проходила экстренную перестройку, а потом была пластичной, мягкой, почти не защищающей сердце, легкие и прочие внутренние органы, которые деформировались, а то и порвались от мощного удара бронированным сапогом. — Хррр…

Брякнувшийся на каменный пол подвала оборотень выглядел грозно: большой, мохнатый, зубастый, когтистый…Только вот все впечатление портил тот факт, что подняться обратно на ноги он не мог, бессмысленно елозя конечностями и захлебываясь льющейся из горла кровью. Да, организм оборотня мог многое, очень многое, безусловно смертельные для человека травмы лишь временно снижали их боеспособность или выводили их из строя на несколько минут…Но даже у перевертышей имелись свои пределы, и принудительный коллапс легкий вкупе с инфарктом эти самые пределы не просто достигали, но и почти перешагивали. Надежнее обезвредить этого вервольфа получилось бы только отсечением головы, испепелением, разрубанием на части или проделыванием в нем большого количества сквозных дырок, но для тренировочного спарнига Анжела посчитала это все же немного чрезмерным даже с учетом сказанного ей зарвавшимся выскочкой.

— Этот нам не годится! — Постановила дочь боярина, отходя от поверженного соперника. Ну, конечно, насколько ей мог быть соперником излишне ретивый в поступках и словах молокосос, который её броню при всем желании прокусить или прогрызть бы не смог. Впрочем, Анжела легко справилась бы с ним и без невероятного качества магических лат. В качестве оружия первого и последнего удара вполне сгодился бы самый обычный меч или винтовка с примкнутым штыком. Возможно по своему магическому развитию потомок фамилии Лещиновских и уступал своему супругу, а также в отличии от него не штурмовала вражеские крепости и корабли практически на регулярной основе…Но все же она постоянно тренировалась в схватках с ним, а также многими другими, кто этим крайне рискованным делом занимался. И не раз сражалась в настоящих смертельных схватках. — Слишком медленный! И тупой!