Онлайн книга «Открытая вражда»
|
В общем, сыновья младшего магистра Яцека Бойценовского вернулись живыми и даже здоровыми, насколько можно такими быть после плена, а не отдавшими душу, жизнь и родовую магию кровавым пням-алтарям Великой Пущи, забрав за собой часть сил, часть жизней, часть душ, всей своей родни. А кого-то и полностью забрав. Болеслав, что бы там про него ни говорили, очень ценил тех немногих, кто смог заслужить его расположение, так что не поскупился. Заплатил и золотом, и передачей части прав парочки предприятий иностранным коллегиям, и, что всего печальнее, открытым обещанием оказать в будущем услугу. Не слишком обременительную, не опасную, не чреватую вредом для себя или близких, но все же услугу, частично вполне подпадающую под понятие такого громкого и оскорбительного слова «измена». — Вот же схизматик распроклятый, курва его матерь! — Только и ворчит магнат, хлебая, словно воду, жидкость из бокала и не чувствуя изысканного вкуса. — Но и я хорош, знал же, что так легко не бывает! Повелся, как дешевка повелся! Поначалу все выглядело вполне себе цивильно, очень даже подпадая под саму концепцию «мелкой» и «необременительной» услуги роду Водолеевых и стоящих за ними Бобровых, с одним из наследников каких Водолеев-старший куда дружнее, чем с родней из Долгоруких. А еще стоящему за ними всеми Льву, пока еще Первому, пока еще Императору, пока еще всей той же Империи, пока еще Возрожденной. Болеслав понимал, что подоплека у этой мелкой интриги заметно глубже, чем ему хотели показать, но делал вид, что поверил. А это ничтожество, Водолеев, похоже, поверил в то, что Болеслав ему поверил. Все же не та уже порода, не те люди, что раньше, но и к лучшему. Чем больше таких дегенератов видят в Болеславе только то, что он показывает, тем и лучше! Задача, да, задача… Поначалу магнат откровенно веселился, чуть ли ни обхохатываясь в процессе выполнения «необременительного», раз за разом приглашая мальчишку Коробейникова на празднования и раз за разом уделяя ему столько своего бесценного внимания, сколько лишь мог. Тот, конечно, целитель от Бога, не поспоришь, мимику и кинестетику тела контролировал на уровне рефлексов, а в плане ментальном вовсе ощущался незыблемой скалой, нерушимой и вечной. Но и Болеслав не на помойке себя сыскал, он интуитивно, собственным подсердечным чутьем видел, насколько бесит его поведение мальчишку, насколько тот хотел бы быть где угодно, но не рядом с подливающим ему новой и новой элитной выпивки Болеславом. Кстати, не пил практически ничего, старательно испаряя или аннигилируя содержимое бокала! Это уже прямо обидно — про жирного магистра можно было сказать многое, но только не то, что он травил своих гостей выпивкой или снедью. Вот распыленной в воздухе взвесью, направленной умелым манипулированием сквозняками, бывало, приходилось, как многими иными способами. Выпивкой? Никогда! У него есть честь и гордость, в конце концов! Так что если и жалел о чем-то Болеслав, то это об испорченной выпивке, какой он на не понимающего ценности оной мальчишку извел раз так в пять больше, чем в его «великолепном» подарке. Именно последняя сцена, вручение дара и предложения породнится, чуть ли не вассалитет принять, стала последней частью раскрученной Боборвыми и воплощенной Водолеевыми интриги. Такое предложение, да еще и вот так, без полагающейся долгой пляски вокруг и многолетнего задабривания всеми способами, само по себе может и должно считаться тем еще оскорблением. Оно ведь как быть должно? Сначала совместные дела, предложение паев в тех или иных предприятиях, вручение хоть бы и в столетнюю аренду нормальной земли, а не лысой тундры. Затем уже свадьбы и венчания, но не родни, а родни дальней и ближней свиты, связывая друг друга пока еще зыбкими ниточками взаимных обязательств. И уже только потом можно начинать хотя бы обсуждение всего того, что последует дальше. |