Книга Резкий поворот, страница 23 – Владимир Мясоедов

— Огонь на них почти не действует, — мысленно констатировал запертый в своем передвижном убежище чародей при виде того, как один из телохранителей Анжелы окатывает наступающих духов волной яркого и жаркого пламени…А потом оказывается сбит на землю и практически похоронен под волной злобных и голодных сущностей. — И молнии тоже…

Стальные кулаки фальшивого автоматрона, объятые разрядами электричества, на огромной скорости принялись врезаться в кучу малу из полуматериальных тварей, расшвыривая их в стороны, словно лопасти миксера. Судя по тому, как постоянно вращающиеся смерчи гневно гудели на мешающего им лакомиться свежей кровью металлического гиганта, теряли часть составляющих своего тела, а то и вообще улетали метров на десять-пятнадцать в сторону, им это сильно не нравилось. Однако же Олег, фигурально выражаясь, бил этим тварям морды и оставлял на память травмы, но не разрывал в клочки. А вот если бы под его удары попали какие-нибудь зомби, не говоря уж о живых существах из плоти и крови, то они бы буквально за несколько секунд оказались все превращены в хлюпающую под ногами слизь.

Махающие зачарованными клинками солдаты, пришедшие на помощь Олегу вместе с бьющей магией из задних рядов Анжелой, кое-как смогли отбить незадачливого пироманта у маленькой стайки духов. Изрядно напуганного, помятого и исцарапанного, ибо вращающиеся смерчи легко формировали из своих частичек всякие твердые комки с острыми гранями, которыми и терзали свою добычу, но все-таки живого. А вот огнестрельное оружие никто в ход пускать даже не пытался, ибо оно оказалось практически полностью бесполезно…Ну, если обычные свинцовые пули использовать. На быстро пролетающие сквозь них маленькие металлические кусочки данный вид существ с иных планов бытия реагировал примерно как на сильные пощечины — болезненно дергался и злился. Но чтобы расправиться их подобным образом требовалось попасть раз эдак сто. И, желательно, как можно быстрее, поскольку довольно многие монстры умели регенерировать или вернее восстанавливать свою целостность. Особенно если могли сожрать для этого какого-нибудь человека или хотя бы своего же сородича, ослабевшего до полной невозможности дать отпор.

— По крайней мере моя маскировка держится на весьма достойном уровне, — попытался найти в происходящем хоть что-то хорошее Олег, всем мателлическом телом прижимая к стене ближайшего дома очередной вихрь. Тот подергался немного сопротивляясь и пытаясь вырваться или вытечь…Но зачарованный корпус магического робота буквально размазал существо по толстому слою кирпичей, останавливая вечное вращение маленького смерча. А без него он не мог существовать как человек без своего скелета, а потому частички пыли и песка, перемежаемые мелкими камешками, бесславно опали на землю. — Если бы твари почувствовали во мне магистра, то дернули бы в разные стороны как косяк селедки от голодной акулы…

Нападение на город тварей с иного плана бытия случилось внезапно. Вернее, сначала Олег споткнулся и с грохотом покатился по улице, поскольку сознание чародея оракула-самоучки затопило видениями. Видениями того, как многие сотни краснокожих людей, выстроившихся посреди какого-то поля живой магической фигурой, добровольно убивают себя, по собственной воле превращаясь в топливо для ритуала, который где-то далеко на иных планах бытия проводил кто-то другой.Кто-то безмерно могучий, злой и жестокий, но поклявшийся сделать для них целых две вещи, которые выгодны ему, а потому обязательно станут реальностью. Даровать возможность служить тем, кто станет его рабом, но именно рабом, а не полностью бесправным кормовым скотом, который не имеет и тени шанса подняться выше или получить хоть какую-то награду за свою верность. А ещё отомстить чудовищам, погубившим родителей, жен, мужей, братьев и сестер новоявленных культистов, а также уже распланировавших жизнь и смерть их самих, а также их детей, внуков, правнуков…То, что из появившегося в реальности разлома хлынули монстры еще более страшные, для которых сия сделка была беспроигрышной, а вернее напоминала безвозмездный дар, погибших не волновало, поскольку уже ничего не волновало тех, кто лишился не только жизни, но и души, разорванной в клочья великим ритуалом. Когда же Олег смог отойти от внезапного приступа видений и поднял обратно на ноги свою металлическую оболочку, то придорожная пыль, непонятно откуда взявшийся песок и прочий подобный мусор уже формировали тела для первых непрошенных гостей из иного плана бытия, воспользовавшихся отголоском чужой магии и прорвавшихся в реальность.