Книга Сахарок, или Все наоборот, страница 37 – Марина Бастрикова

Отстранился, в этот раз мы переворачивались довольно неуклюже, так как я не был уже ослеплен страстью, да и просто не хотел отпускать ту, что так уютно помещается между моих рук. Проверил это еще тогда, за компьютером, когда она спала.

Я снова лежал на спине бревном и наблюдал за движениями богини. Ее уверенные действия в моей машине, небольшой луч, попадающий в гараж из-за открытой двери, проходится по ее груди. А она продолжает рыться в своей сумочке, снова доводя меня до исступления одним только своим видом и гибкими движениями тела и рук.

Эля вытащила связку презервативов и снова вернулась в знакомую позу, поверх меня.

— Ты меня отвлек, – сказала она с улыбкой, а затем оторвала зубами одну из пачек, отбросив остальные, при этом резко дернувшись на мне.

Она, может, и богиня, но и я не святой и не мученик.

Думаю, если кончу прямо сейчас, это уже не будет позором. Но Эля как будто чувствовала грань и, наклонившись, поцеловала меня в губы, щеки, нос, за ухом и даже разок коснулась век, отвлекая от страстной картины и направляя в сторону нежности.

А потом… я пожалел, что раньше сам всегда надевал презерватив. Оказывается, если девушка медленно натягивает его самостоятельно – это отдельный вид невероятно увлекательной эротичной игры.

Я даже выдержал то, как она расстегивала каждую пуговицу моей рубашки, обжигая прикосновениями своих маленьких пальчиков.

Но вот она потянулась снять юбку и слегка изогнулась, чтобы это у нее получилось сделать. Я потянулся ей помочь, будучи уже в курсе, какая тугая там резинка.

От мыслей, что именно я ощущал за этой резинкой, я нетерпеливо вернул Элю обратно на себя и свою возбужденную плоть. Вместо того чтобы снимать, я просто вздернул вверх ее юбку и легко приподнял девушку, чтобы наконец-то погрузиться в ее тепло.

Крепко сжав ее за поясницу, я приподнимал и опускал ее, сам двигаясь навстречу.

Такая маленькая, такая легкая, так прекрасно мы подошли друг другу. Эля потянула меня за руки, намекая ее отпустить, и я опустил пальцы, вцепившись в обивку кресла. Все это время я придерживал ее от полного погружения, чтобы не сделать ей больно. Но она, обхватив меня за шею, со стоном погрузилась полностью. Приподнялась. И снова, забирая меня. Всего. До конца.

Зашипел и, сжав свою идеальную и внеземную богиню в руках, ускорился, позволяя себе быть жестким и не сдерживаться. Эля откинулась на моих руках, изогнув спину, и затряслась, сжимая меня изнутри. Застонал и я. Да и машина не осталась в стороне, издав оглушающий сигнал из-за случайного нажатия Элей на клаксон.

Изможденный, я ослабил хватку и прошелся пальцами по ее влажной коже и опустил ее юбку.

Такая гладкая, идеальная, маленькая, даже слишком для меня-то, бугая. Коллега. Красавица. Запретный плод. Нежная девочка снаружи, изнутри – огонь и пламя. А в душе – стальная и невозможная богиня. Реальная. И теперь моя.

Вениамин

Элла пересела и помогла мне поднять спинку кресла, при этом на мгновение встретившись со мной глазами. Я знал этот взгляд. И даже ситуация была знакома, если ее перевернуть наоборот: мол, это я в роли того, кто не хочет серьезных отношений и при первых проблесках интереса к женщине просто предпочтет сразу с ней переспать.

Как при возникновении легкого желания съесть определенные пирожные, сразу приобрести их целое ведро и обожраться. Станут ли эти пирожные любимыми, захочется ли их еще съесть в ближайшие дни? Вряд ли.