Книга Сахарок, или Все наоборот, страница 33 – Марина Бастрикова

— Закройте магазин без меня, – сказал Галине, уходя.

Почему-то я чувствовал, что сегодня могу на рабочее место и не вернуться. Да и мне нравилась мысль прийти утром, чтобы проверить инвентарку, хотя за Галиной и проверять нет смысла, у нее всегда все четко.

Конечно, опять придется просить маму остаться с ночевкой, чтобы она проконтролировала сборы мальчиков на занятия, но ей это только в радость. Сколько лет мы жили далеко от нее, и однажды я повелся на ее уговоры и спросил у Игоря о возможности перевода в Московскую область.

Все из-за отвратительной школы, в которую ходили мальчики. Как можно было не разрешать Паше пить на уроках! Если бы не это, наверняка так и не решился бы на переезд, мальчишки теперь без своих друзей. У них только бабушка и папа… который еще и зачем-то каждый день в полшестого уезжает.

Стоит хотя бы перед самим собой признаться, что мне понравилась Элла. Необычная, сильная, прямолинейная. С ней не нужно бояться, что каждое ее действие – это какой-то намек, который мне необходимо расшифровать. Ее эмоции легко читались, с ней очень просто общаться. А сложностей в моей жизни и так хватало. Жаль только, что мне не стоит на что-либо рассчитывать. Больной отец-одиночка, да еще и заика… симпатичным карьеристкам не пара.

Хотя в момент, когда она проснулась, мне и могло показаться иначе. Даже пришлось уйти в туалет и умыться холодной водой, чтобы немного отвлечься. А затем пищание ключа от машины, стоянка, уморительное лицо охранника и огромные глаза Эллы.

Потер веки, как будто пытаясь убрать за ними застрявшую картинку тех глаз, цвет которых не определить.

Подъехал, но не сразу позвонил Элле. Какое-то время я просто сидел, смотрел в лобовое стекло и постукивал пальцами по рулю. Стоит ли сообщать девушке плохие новости о подтверждении воровства или с ее гневливостью лучше не стоит? И, видимо, в истории слишком часто отрубали головы тем, кто носил плохие новости, что такие люди выродились. Я понял, что сказать не смогу. По крайней мере, если она не спросит.

Нажав кнопку вызова, я волновался, не зная, о воровстве ли в магазине хочет поговорить Элла или о чем другом, оттого и снова заикался в разговоре.

Сообщив, что жду ее, потер виски, продолжая ощущать неловкость. Так волнуюсь, как будто на свидание приехал и мне семнадцать. Не к добру.

Но, увидев то, как привлекательно оделась девушка, я засомневался, что планируется деловая встреча. Шпильки вроде те же, которыми она отдавила мне ногу, но выше никаких жестких линий делового костюма и синей корпоративной рубашки. Легкое платье, даже слишком легкое для не самого жаркого дня Московской области и сильно контрастирующее с несколько жестким взглядом на слишком юном для ее возраста лице.

Казалось, у нее какая-то цель и мне не отвертеться. Наверно, такой взгляд у убийц, когда они нашли свою жертву. Я невольно напрягся и сжал руль до скрипа.

Элла села на пассажирское сиденье, прошлась по мне оценивающим взглядом, решая, видимо, подхожу ли я для сегодняшнего убийства с особой жестокостью.

И, кажется, моя участь предрешена, Элла указала на гаражный кооператив и сказала туда заехать. Я, как под гипнозом, молча послушался. Молча, потому что говорить не имело смысла, я так разволновался, что все равно не выговорил бы и слова, проиграв первой же букве.