Книга Уровень [Смерть], страница 86 – Марина Бастрикова

Ученик кинулся ко мне сзади. Я услышала его топот, развернулась, и меч вошел ему в живот раньше, чем он успел поднять руки. Он смотрел на меня широко открытыми глазами, и в них был такой ужас, такой детский испуг, что на секунду я замерла.

— Пожалуйста, — прошептал он, и кровь пузырями выступила на губах.

Я вспомнила, как он смотрел на меня в подземелье. Как его руки рвали мою одежду. Как он шептал: «Какая ты... живучая».

Я провернула меч.

Он осел на пол, зажимая рану, но кровь текла сквозь пальцы, заливала доски, растекалась по полу алым озером. Я выдернула клинок, перестав пялиться на неприоритетную цель.

Магистр стоял у стены. Его лицо было бледным, но не от страха — от напряжения. Пальцы двигались в замысловатом пассе, и я узнала это движение. То самое, которое убивало моих друзей.

— Поздно, — сказал он, и в его глазах мелькнуло торжество.

Боль пришла не сразу. Сначала я почувствовала жар. Странный, разливающийся откуда-то изнутри, будто в груди зажгли свечу. А потом кровь хлынула из носа, из ушей, изо рта — горячая, соленая, бесконечная. Я упала на колени, пытаясь сделать вдох, но в легкие попадала только кровь.

Вэлиан шагнул ко мне, доставая кинжал. Добить. Он не рисковал приближаться, пока я была занята его учеником, но сейчас, когда я была на коленях, когда кровь заливала глаза, он решился.

— Жаль, — сказал он. — Было... интересно.

И тут браслет на моем запястье вспыхнул.

Тепло разлилось по руке, по плечу, по груди. Не обжигающее, как от заклинания, а живое, тягучее, как мед. Я ощутила прилив сил, а боль утихла, оставляя после себя только пульсирующую слабость. И мне хватило сил, чтобы поднять меч.

Вэлиан не успел даже удивиться. Клинок вошел ему в горло — ровно, глубоко, как учили меня мои же смерти. Он захрипел, выронил кинжал, схватился за лезвие, пытаясь вытащить, но пальцы скользили по окровавленной стали.

Я хотела сказать, что это ему месть за Кайла, Бренна и Эрика. Но я не смогла, вместо этого закашлялась кровью.

Вэлиан упал на колени, потом на бок. Он еще какое-то время шевелился, а затем обмяк. Кровь текла из раны, заливая пол, смешиваясь с кровью ученика. Я стояла над ним, сжимая меч, и смотрела, как уходит жизнь из его глаз. Скучающих, равнодушных, даже сейчас не испуганных.

Я ждала. Ждала, когда потеряю сознание. Когда умру. Когда все закончится.

Но смерть не приходила.

Я провела рукой по лицу — сухо. По груди — чисто. По рукам — ни одной царапины. Только кровь на одежде, на мече, на полу. Чужая кровь.

Я подняла глаза и увидела браслет на запястье. Камни в нем больше не переливались — они потускнели, стали серыми, мутными, будто из них выкачали весь свет. Точно, этот браслет придал мне сил, наверное, он меня и вылечил. Какая невероятная удача.

— Удача, — хрипло сказала я и засмеялась, зная, что все равно нужно умереть.

Так как я слабо следила за действиями ученика, то пропустила момент, когда ему удалось открыть дверь. Точнее, превратить стену в дверь.

Я подошла к ней, и с легкостью ее распахнула. Я свободна.

Когда я закрыла за собой дверь, та стеной не стала. Или ученик в панике сломал замок, или с внешней стороны дверь выглядит обычной.

Ближайшим местом с мобами, которое я знала, были катакомбы.