Книга Турнир Родов, страница 100 – Дм Норт

Хранители унесли тело. Гром остался рядом с хозяином. Александр тяжело дышал, на руке и бедре была кровь.

Игорь неожиданно почувствовал облегчение.

Долгорукого можно было ранить. Можно было заставить отступить. Он не был каким-то совершенством, существовавшим только потому, что родился в правильной семье и получил лучших наставников.

Просто очень хорошим человеком в очень плохом деле.

Хранители закрыли саркофаг.

Колокол ударил в четырнадцатый раз.

Игорь поднял глаза на плиты.

Четырнадцать.

Осталась одна.

Александр нашёл его взгляд на трибуне.

Теперь между ними уже не было других фамилий.

* * *

После четырнадцатой жертвы церемониймейстер не разрешил людям расходиться. Он дождался, пока Хранители закончат работу, вышел в центр арены и повернулся к последней тёмной плите.

— Российская империя принесла четырнадцать жертв из пятнадцати. Следующая смерть завершит нынешний цикл Великого Договора. После неё обязательство Российской империи будет исполнено ещё на двадцать пять лет.

На огромном табло появились два герба.

Долгорукие.

Остроумовы.

Москва получила именно тот финал, который последние дни сама себе придумывала. Главный фаворит против человека, на которого в первом круге ставили как на почти гарантированного покойника.

Трибуны начали кричать обе фамилии. Иногда Игорю казалось, что его громче.

Это всё ещё было непривычно. Не то, что он дошёл до финала.

То, что теперь в это верили остальные.

* * *

Почти в то же время в Пятом отделении перед Столыпиным положили ведомость, которой при нормальных обстоятельствах никто бы не заинтересовался.

Он просмотрел первую страницу и решил, что ошибка в единицах.

— Проверяли?

— Трижды.

— Всё это скот?

— Коровы, овцы, птица. Основные закупки здесь, здесь и здесь.

Офицер отметил несколько точек на карте Османской империи.

Все находились возле железнодорожных узлов.

Столыпин сравнил цифры с обычным месячным расходом. Разница была слишком большой даже для армии. Население в этих местах не увеличивалось, новые части официально не прибывали, в города скот тоже почти не отправляли.

Его распределяли вдоль железной дороги.

— Когда началось?

— Около трёх недель назад. Сначала небольшими партиями. Последние дни значительно больше.

— Кто покупает?

— Частные подрядчики, торговые дома, железнодорожные компании. Часть закупок проходит через военное ведомство, но меньше половины.

Столыпин посмотрел на карту.

Несколько дней назад он спрашивал, сколько времени понадобится Османской империи для переброски войск, если пути и корм будут подготовлены заранее.

Ответ был: дни.

Теперь кто-то действительно готовил корм.

— На сколько эшелонов хватит?

Офицер назвал приблизительное число.

Столыпин переспросил.

Цифра не изменилась.

Для обычного человека несколько тысяч коров возле железнодорожной станции оставались несколькими тысячами коров. Столыпин видел в них другое. Каждый состав можно было провести на сотни вёрст дальше, если тысяче бесов внутри локомотива было что есть.

Османская армия пока не двигалась.

Но дорогу для неё уже кормили.

— Государю докладывали?

— Ещё нет.

Столыпин сложил бумаги.

— Теперь доложим.

Рядом лежала другая папка. В ней хранилась копия сожжённой записки пропавшего агента.

Россия. Турнир. Договор. Пятнадцать.

До сегодняшнего дня эти слова существовали отдельно от железных дорог.