Книга Имперец #1-5, страница 50 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

Тут уж я оказался совсем близко к этим двум благородным бестолочам, чтобы изображать глухого.

— Господа, не подержите дверь? — попросил я как ни в чем не бывало.

— Конечно-конечно, — залебезил один из говоривших. — Вот, пожалуйста.

— Благодарю, — кивнул я, мазнув по ним взглядом.

Ничем не примечательные парни. По таким сразу видно — не слишком удачные дети не слишком удачливых родителей. Но хотя бы у одного из них есть мозги не нарываться на лишние конфликты, уже хорошо. А то я к концу обучения такими темпами половине аристократов оттопчу ноги.

— Сова, вставай! Медведь пришел! — бодро крикнул я, пинком открыв дверь в жилье.

— А? — Новиков подорвался и сонно и растерянно вылупился на меня.

— Собирайся, говорю. А то опоздаем на пьянку.

Новиков сполз с кровати и заглянул ко мне в комнату, когда я как раз сгружал книги на стол.

— Что это? — позевывая, спросил Иван.

— Дрова, печку топить будем.

— Какую печку?

— Знаний.

— Боже, я еще сплю, и ты мне мерещишься.

— Уйду без тебя проверять на прочность знаменитое сибирское гостеприимство, — пригрозил я.

— Понял-понял, — вздохнул боярич, уходя собираться к себе. — Не мерещишься.

К воротам мы подошли с исключительной педантичностью — ровно в шесть. Ермаков и Лобачевский уже были на месте встречи. Затем подтянулись Юсупов и Нахимов, а вот Нарышкина и Демидова не стали нарушать древний женский ритуал и опоздали почти на полчаса.

— Простите, — без тени сожаления сказала княжна Демидова. — Мы очень торопились.

— Слава богу! — воскликнул Юсупов. — Представь, как бы вы опоздали, если бы никуда не спешили?

Компания дружно хохотнула и вышла за ворота университета. А там нас уже ждал транспорт: максимально пафосный лимузин с гербами рода Ермаковых на капоте и дверях.

Юркий слуга, возникший почти что из воздуха, открыл дверь машины, и княжич Ермаков сделал приглашающий жест.

— Прошу вас, господа и дамы, — пригласил Ермаков, и княжна Демидова первая полезла внутрь, опираясь на руку своего жениха.

Я же со своего места рассмотрел батарею игристого вина, ожидавшего нас в салоне, и подумал, что вечер обязательно будет насыщенным.

У этой Москвы и той было много разного, но и много общего. Например, Хамовники здесь тоже были одним из самых мажористых районов, где прикупить квартирку, а то и домик мечтал каждый уважающий себя богатый человек империи. Большая Пироговская улица все так же рассекала район на две части, по одну сторону которой толпились разного рода медицинские учреждения: от НИИ до училищ. Новодевичий монастырь все так же менял квартиру на последний приют при постриге, а между элитных домов ютились не менее элитные питейные заведения. Одно из таких и принадлежало роду князей Ермаковых.

Это было трехэтажное здание из темного кирпича с мансардой. Небольшие окна, черепичная крыша, узкая входная дверь и суровая охрана на входе в одежде с гербами Ермаковых. Вход в заведение украшали ретро-фонари и небольшой козырек, под которым даже один человек бы не спрятался от дождя. Называлось заведение «Северное сияние», что в целом отвечало сибирским корням владельцев.

Само здание «Северного сияния» стояло прямо на первой линии, а потому съезжающиеся на вечер благородные и просто богатые образовывали затор. Как пояснил Ермаков, полиции приходилось закрывать глаза на это безобразие только из любви к народу и регулярным подношениям в виде необременительных бутылок с редкими напитками.