Книга Воевода, страница 34 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

И все, что мне удается, все, что я могу успеть сделать, – это поднять воздушный щит.

И все это – звук, взмах руки, выстрел и щит – занимает доли секунды. А в следующее мгновение где-то в метре от нас в воздухе замерла пуля.

— Снайпер! – гаркнул я и уронил туман на сколько хватило магии.

Мой потешный отряд отработал быстрее охраны. Наследника престола мгновенно взяли в кольцо и оттеснили обратно в здание. Да, потешный полк просто оказался ближе к нам, но… Вопросики к охране цесаревича, вопросики.

Туман облизывает дома, ощупывает машины, заглядывает в окна, но все-таки ползет по земле. Поднять его даже на уровень пятого этажа – проблема. А судя по углу наклона все еще висящей в воздухе пули, стрелок расположился намного выше. Воздух услужливо доносит сквозь приглушенные звуки города, шум машин и дробь чьих-то кованых каблучков. И новое движение.

Палец убийцы снова ложится на спусковой крючок…

Я взмахиваю рукой, и замершая в воздухе пуля срывается в обратный полет.

Попадание.

Там же, часом позднее

Ну, надо отдать должное, охрана суетилась прилично. Район почти моментально оцепили, с мигалками и матом прибыл Лютый со своими ребятками, и по моим довольно скупым, надо признать, показаниям они отправились искать стрелка.

Случись это в моем мире, я бы с легкостью смог рассказать и про пулю, и про оружие, из которого она выпущена. Но здесь я слишком мало знал про огнестрел, в руках же его держать вообще толком не доводилось. Случай на заброшенной стройке – не в счет.

Кто даст сироте пострелять, ну.

Меншиков был мрачен, Голицын – просто бел как мел. Ну и в целом левые оказались в очень неприятной ситуации: стрельба в цесаревича после встречи с ними вызовет неслабый резонанс в обществе.

Немного прошвырнувшийся между людьми и автомобилями Лютый отозвал меня в сторону:

— Есть что добавить вне протокола? – спросил он.

Я посмотрел на Ивана, о чем-то спокойно болтающего с Меншиковым, на немного дерганный потешный отряд, который в присутствии любых обладателей погон чувствовал себя очень не очень, затем постарался вспомнить в мельчайших деталях все произошедшее и пришел к неутешительному выводу.

— Есть ощущение, что целились не в наследника, – ответил я. – По крайней мере первым выстрелом.

Лютый приподнял брови, и я пояснил:

— Из-под козырька здания первым должен был выйти я, – махнул рукой в сторону здания, о котором шла речь. – Немного, на полшага, но этого бы хватило.

Силовик нахмурился и тоже посмотрел на злополучное крыльцо.

— Есть в этом логика, Мирный, – подтвердил Лютый. – Если снять тебя, то уже ничто не помешает убить цесаревича. Не сейчас – так чуть попозже. Сильный маг рядом с мишенью – это практически гарантированное, стопроцентное фиаско. Таких, как ты, стараются валить в первую очередь, уж слишком сильные маги непредсказуемы. Ты, конечно, еще почти не обучен, но уже доставляешь массу хлопот.

Он перевел взгляд на меня, усмехнулся и добавил:

— Всем.

— Ну извините, – развел я руками.

— Ладно, езжай… – произнес Лютый. – Его высочество уже намекал, что он со своими людьми хочет уехать.

— Спасибо, – кивнул я в ответ. – Я запрошу детали расследования.

Лютый фыркнул:

— А ху-ху не хо-хо?

— Имею право, сами знаете, – пожав плечами, сказал я.

— Ой уж, имеет он… Имелка не отросла небось. Иди уже с глаз моих.