Книга Путь Стратега 1, страница 2 – Саша Токсик, Яростный Мики

«Блестящий ход, Владимир. Просто десять из десяти. Ещё бы спросил, как пройти в библиотеку в три часа ночи!» — мысленно выругался я, но слова уже были произнесены.

— Отлично! Ты его сломала! — донеслось откуда-то слева. Я посмотрел на говорившего. Им оказался худой брюнет в толстых очках. Он сидел в паре метров от нас и откровенно скучал.

— И никого я не ломала! — воскликнула девушка.

— Ага, как же! Ещё скажи, что нас везут не на край света! А я так вообще — княжеский сын!

— Что, правда? — удивилась блондинка.

На что брюнет громко фыркнул.

— Нет, конечно! Ты, что, про сарказм первый раз слышишь?

— Сарказм? — девушка недоуменно моргнула. — А с чем его едят?

— Ты сейчас это серьезно? — не поверил ей парень.

— Серьезнее некуда! — захлопала ресницами блондинка. И только я увидел, как она едва сдерживала прущую наружу улыбку. Что ж, лицо она умеет держать. Этого не отнять.

Впрочем, сейчас мне было не до разборок моих новых попутчиков. Мозг, отойдя от первоначального шока, снова заработал с утроенной силой. Как и во время своей работы замминистра, я принялся анализировать происходящее вокруг.

Для галлюцинации происходящее было слишком детальным. Звуки, запахи, подробности беседы. Более того, все чувства словно обострились. Небо выглядело более голубым, ветви деревьев более зелёными. Ухо различало не только слова, но и интонации, эмоции, которые в них складывались.

Я скосил взгляд на свои ладони и не узнал их. Они были все в мозолях, в трещинах, с черной въевшейся грязью под ногтями. За ними явно не ухаживали. Такие же я видел у своего деда, всю жизнь прожившего в деревне и работавшего в поле.

Руки простого крестьянина, пахаря, труженика. Совсем не похожие на холеные пальцы заместителя министра, который в последнее время не поднимал ничего тяжелее ручки для подписей и бокала с коньяком.

Несмотря на это, ладони были молодыми, с длинными пальцами и тонкими запястьями. Довольно изящные и ловкие, если их хорошенько отмыть.

Правда быстрой и легкой эта процедура точно не будет.

Ещё руки мелко дрожали. Я отметил это с отстранённым интересом, как посторонний наблюдатель. Сердце колотилось как ненормальное, а в животе ныло, словно я проглотил кусок льда. Тело истерило на полную катушку.

Интересно, чья это паника, его или моя?

Разум при этом оставался спокоен, как на утреннем совещании. Двадцать лет кризисов приучили, что истерика это роскошь для тех, за кого решают. Психовать буду потом, когда разберусь в ситуации.

Я продолжил инспекцию и обратил внимание на свою одежду. На мне была холщовая рубаха, из самой грубой ткани, похожей на мешковину. По идее она должна была царапать тело, но то видимо привыкло к такой дрянной одежде и её просто не воспринимало. Штаны были из такой же ткани, чуть темнее и свободного покроя. Никакой резинки в них не наблюдалось. Подпоясаны были они обыкновенной веревкой, затянутой на узел с бантиком. А на ногах я обнаружил лапти! Самые настоящие лапти, из полосок древесины, сплетённых крест-накрест с закругленными носами. Такой экзотики я ещё не носил, это уж точно.

Я даже постучал подошвой. Обувка выглядела странно, но была на удивление легкой и удобной. Кто бы ни сделал эти лапти — свое дело он, как минимум, знал.

Закончив с осмотром своего нового тела, я стал изучать людей вокруг. Может они могли дать мне какую-либо подсказку? Наша небольшая компания сидела в деревянной повозке, запряженной двойкой лошадей.