Книга Виват Россия!, страница 64 – Андрей Булычев

— Ну и пахнет от вас, – произнесла удивлённо Катарина, встретив вернувшихся мужчин. – Вы как будто из оранжереи с мешком апельсинов вернулись. Руки помыли? За стол присаживайтесь.

— Хм, оранжерея, а это интересно, – отодвигая стул, проговорил Алексей. – Может быть, и правда у себя её построить? Винокурня-то, как я понял, всё холодное время будет работать, а там такие печи, на две оранжереи от них тепла хватит.

— Хлопотное дело, – дал оценку, присаживаясь, Лазарев. – Видал я такую в Москве у Юсуповых. Всё в стекле, внутри горячие трубы, вода по желобам бежит, кругом фонтаны, за окнами сугробы, а тут апельсины с персиками зреют. Красиво, но дорого. У графьёв деньги девать некуда, вот они и изгаляются, а у нас деньги работать должны.

— Вы кушайте, стынет же, – увещевала, наливая в суповую тарелку наваристые щи, Йована. – Пирогами заедайте. Потом второе будем подавать. А вы не балуйтесь, а то всё отцу рассажу. – Она погрозила пальцем мальчишкам. – Хихикают они.

— Чем занимались сегодня? – поинтересовался у сыновей Алексей.

— Читали, писали, с тётей Милицей немецкий повторяли, – перечислял Егор.

— А ещё уравнение решали и под конец с Настей яблоко учились красками правильно вырисовывать, – перебил его Колька.

— Ну и как, получилось? – спросил отец.

— Ну та-ак. – Анастасия пожала плечами. – Лучше, чем год назад.

— А ты ведь, дочка, в маму и бабушку, любишь красками работать и вышивать, – проговорил задумчиво Алексей. – А что, если я предложу тебе настоящее дело? Причём такое, на котором можно личные деньги заработать. – И поискав в кармане, он достал сложенную этикетку одеколона. – Вот смотри, Настюш, видишь, какой некрасивый рисунок. Он из типографии, напечатали таких листочков несколько тысяч, все они, разумеется, одинаковые, блёклые. Сможешь красками раскрасить их так, чтобы любо-дорого было бы на них смотреть? Может быть, мальчишек привлечёшь или из дворовых девчонок? У крестьян, небось, есть дети, которые талант к рисованию имеют? А мы бы с дедушкой Ваней платили бы вам за работу? Как думаешь, Кузьмич, помнишь, мы об этом только вот в сторожке рассуждали?

— Хм, а почему бы и нет? – дуя на ложку, произнёс тот. – Мысль хорошая. С яркой бумажкой-то оно интереснее такой декалон будет брать, с ней и в подарок подносить флакон не стыдно. Полкопейки можно за такую работу давать. А-а, ладно, пусть даже копейку. Тысяча флаконов – это, значит, десять рублей на раскраску, – подсчитал он мгновенно. – Годится. И ещё копейку можно давать за то, чтоб аккуратно наклеили. Климу скажу, он из крахмала клей сделает.

— Двадцать рублей можно заработать, огромные деньги. – Отец подмигнул Насте. – И у мамки не нужно просить, свои будут.

— И мы хотим рисовать и клеить! – закричали в возбуждении мальчишки.

— И я хочу! – пискнула Софочка.

— Стоп-стоп. – Алексей поднял руку, останавливая галдёж. – Такое дело я могу доверить только лишь Анастасии. Если уж она сама надумает, кого себе в помощь брать, это будет её личное решение, договаривайтесь с ней, она тут старшая. Берёшься, Настя?

— Берусь. Ульянка с Анисьей хорошо рисуют, даже на продажу их картинки на ярмарку возили. Вот они первыми помощницами и будут, а вы на подхвате, если не будете баловаться.

— Не будем, обещаем! – выкрикнул Колька.