Книга Дикие Земли, страница 33 – Дмитрий Шатров

Ему то ли скучно было, то ли общения не хватало, но он оказался словоохотливым и принялся объяснять. Даже наводящих вопросов не пришлось задавать. Оставалось лишь вникнуть в детали и запомнить, что он говорил.

— Смотри. Вот здесь, — он показал на металлический короб, от которого отходил брезентовый шланг. — Газовая железа голубого дракончика. Это я сам соорудил, а дракончика наши же и добыли.

Здесь он выдержал театральную паузу, чтобы я проникся. В его голосе прозвучала гордость, неприкрытая, как моя нагота.

— Да ладно⁈ Чё, правда? — я добавил в интонации восхищения, чтобы его не расстраивать.

— А то ж, — надулся он, словно индюк, и продолжил, ткнув пальцем в коробку поменьше, но с проводами и кривой ручкой сбоку. — А вот это магнето. Крутанёшь вот так. По проводам пойдёт электричество, железа возбудится и выдаст порцию агента. И так пока шар не надуешь.

— А на ночь вы его нарочно сдуваете? Чтобы не улетел? — уточнил я, припомнив вчерашние свои наблюдения.

— Та, не. Клапан травит, никак не починим, — нехотя признался охотник.

На этом я решил откланяться. Всё, что нужно, выяснил и торчать здесь дольше, только вызывать лишние подозрения.

— Лан, дружище, благодарю за науку. Пойду я. Старшие за водой послали, — показал я пустое ведро. — Замешкаюсь, заругаются.

— Бывай, — откликнулся тот, вращая привод лебёдки.

* * *

Сказать, что я очень гордился собой — ничего не сказать.

А чего бы и нет, после таких-то успехов? «Взлом» освоил, невербальную активацию отработал, нашёл способ выбраться за колючку, выяснил, как функционирует шар. Так что для гордости имелись все основания.

Я ещё немного пошлындал по территории базы, чтобы определить пределы дозволенного, и обнаружил, что пределов тех нет. Если не приближаться к складам, мехдвору и воротам, я на хрен никому не сдался — специально отслеживал «Уколом чужого внимания». Махновщина, как она есть. Ватажники — раздолбаи. Но, как бы там ни было, я решил дальше не рисковать. Набрал в общем баке воды и отправился восвояси.

Там закончил с водными процедурами, обтёрся вафельным полотенцем и, завернувшись, в него же отправился спать. Браслеты, естественно, обратно напялил, хоть и не сильно хотелось.

Кстати, проблему с Мишенькой я тоже решил. Вернее, она решилась сама. Пока экспериментировал с Дарами, пока болтался по лагерю, пока сидел в бане, время-то и прошло. И лёг я ближе к трём ночи. А будили нас сосранья. Так что времени на сон оставалось немного, как раз в пределах четырёх часов. Но это мне устраивало как нельзя больше.

За ночь план побега в голове до конца уложился. «Весы» давали больше восьмидесяти процентов на успех. Осталось дождаться, когда ватажники повезут артефакты.

И желательно, чтобы это произошло поскорей

* * *

С моими желаниями ватажники не считались и с отправкой конвоя затягивали. Возможно, хотели гребануть ещё чего-нибудь ценного, вроде тех же разрыв-тюльпанов, но конкретных причин не знал даже Митрич.

В принципе, ждать я умел, поэтому не особо расстроился. Тем более с пользой время провёл. Получал новый опыт и систематизировал знания.

В день, сразу после событий на Лысой горе, выбросов не наблюдалось, и нас отправили кайлить вулканическую слюду. Охрана номинальная, извержение давнее, работа, честно сказать, не то чтобы сильно тяжёлая, но убивала своим однообразием. Нам раздали кирки, и мы до вечера долбили породу, сортировали осколки и грузили в полуторки неподъёмные ящики. Потом разгружали, под недовольное бурчание кладовщика.