Книга Изгой, страница 56 – Дмитрий Шатров

В крови ещё бурлил не полностью переработанный адреналин, душу грела радость победы, тяжесть в карманах добавляла уверенности в завтрашнем дне. Я чувствовал себя Робин Гудом и богачом. Денег действительно было, как у деревенского дурака фантиков. Насчёт покупательной способности не уверен, но по количеству банкнот, точно.

«Мелкий, на десять тыщ, что здесь можно купить?», — спросил я, чтобы получить хоть какое-то представление о местной валюте.

Но мелкий смолчал. Демонстрировал, гадёныш, мне своё «фи» и дулся за побитую физиономию. Да он, скорее всего, и не знал настоящую цену деньгам, наверняка ему маменька всё покупала. Так что хрен с ним, сам разберусь.

«Оп-па, а вот с этим разобраться будет сложнее…»

На выходе из плохого райончика меня поджидал городовой с бляхой 12545.

Я шёл подчёркнуто уверенным шагом с невозмутимым выражением на лице, но внутри всё звенело сжатой пружиной. Как полицейский поступит? Докопаться до меня можно влёт — грязный, растрёпанный, с бланшем под глазом. Костюм безнадёжно испорчен. Дорогая ткань топорщится от денежных пачек. Шлем ещё этот. И чего я его сразу не выкинул?

Городовой заговорил первым, едва я приблизился.

— Мишель Смолл? Как сходил? — пророкотал усилитель голоса, но в интонациях больше слышался обывательский интерес.

— И снова здравствуйте, офицер, — ответил я с обезоруживающей улыбкой. — Хорошо сходил. Продуктивно.

— Мне следует о чём-нибудь волноваться?

— Нет, что вы. Беспокоиться совершенно не о чем, — заверил я и посмотрел в зеркальный щиток честнейшим из взглядов.

— По тебе так сразу не скажешь, — он с усмешкой качнул головой.

— Ах, вы про это… — вздохнул я, ощупав шишку на лбу, — Поспорил с местными по поводу инвестиций.

— Надеюсь, все живы? — слегка напрягся городовой.

— Конечно же, офицер, я же не душегуб, — ответил я с видом оскорблённой невинности.

— Гляжу, ты с обновой, — он показал жезлом на лётчикский шлем.

— А это… Специально для вас захватил. Сувенир, — протянул я полицейскому модный головной убор. — Так сказать, на долгую память о приятном знакомстве.

А почему нет? Вещь, судя по качеству, не из дешёвых. Сам не станет носить, так продаст — всё прибыток. И похоже, я поступил правильно. Городовой если и не имел отношения к «Раскольников Траст», то случайных подарочков не чурался.

— Благодарствую, — довольно прогудел он, повесив шлем на рукоять револьвера, и тут же погрозил пальцем. — Но ежели что, смотри мне… Я тебя запомнил, Мишель Смолл.

— Конечно, офицер, — кивнул я, всем видом показав готовность к сотрудничеству. — Могу идти?

— Не задерживаю.

Он козырнул на прощание, а я продолжил путь, радостный, что так легко отвязался.

* * *

Уже вечерело, а ещё нужно столько всего: определиться с ночлегом; в конце концов, пообедать; одежду в божеский облик привести. Да и лицо подлечить не мешало бы. Видок у меня, наверняка, ещё тот.

На Большую Спасскую возвращаться не стал — заметил скучающее такси в начале Почтамтской. Подбежал и, пока водитель меня толком не рассмотрел, нырнул на задний диван.

— Куда едем? — лениво спросил таксист, слава богу, не обернувшись.

— В гостиницу, — сказал я, захлопнув за собой дверцу.

— В какую? — уточнил тот, дёрнув кривой рычаг под рулём.

— В самую лучшую. Уложишься в пять минут, получишь два счётчика.