Книга Капитан вольной ватаги, страница 49 – Дмитрий Шатров

Обряд экзорцизма, как выяснилось из рассказа Митрича, не сказки, а вполне себе реальная вещь. И отец Никодим в нашу первую случайную встречу явно что-то почувствовал. Эх, ещё бы выяснить что. Но вопрос в лоб ему не задать, а читать мысли я не умею. В любом случае надо быть идиотом, чтобы переться на встречу с тем, кто может меня из Мишеньки выгнать.

Я идиотом себя не считал.

Единственно, напрягало, что сильно отпустил религиозную составляющую. Вера со всей атрибутикой в здешнем обществе — базовый навык. Я выбивался. А это не гуд. И ещё переживал, что преподобный каким-то образом сагрится, когда я не явлюсь на вечернюю службу. Репрессии со стороны духовенства мне сейчас нужны меньше всего.

Получалась вилка. Классическая.

Идти — неизвестно чем встреча закончится. Не приведи господь, раскроет отец Никодим моё инкогнито и что тогда делать? Снова в бега? Не хотелось бы. Не идти — тоже хрен знает во что выльется. И там, и там информации для нормального анализа мизер, но я прогнал обе ситуации через Весы.

Чаши болтались в относительном равновесии в обоих случаях. Чуть перевешивала красная, обещая в перспективе некие неприятности. Но, судя по наполнению, незначительные. Ничего, с чем я бы не справился. Поэтому я окончательно забил на отца Никодим и Мишеньку болт, сделав себе пометку на память — при случае разузнать об обряде побольше.

«Грязный лжец и безбожник», — заклеймил меня мелкий, прочитав принятое мной решение в нашей с ним общей голове.

«Да хоть горшком назови», — усмехнулся я в ответ.

На последний мой выпад мелкий не отреагировал. Обиделся и замкнулся в себе.

Ну да, планы я ему поломал. Хотя с какой стати он решил, что я пойду как баран на заклание? Впрочем, хрен с ним. У меня и без него забот по самые гланды.

Режим уже устоялся и сразу после завтрака мы выдвинулись на новую базу.

Поехали практически в полном составе. В «Топорах» оставили только Аглаю (на хозяйстве) и одного из тяжёлых (чтобы присматривал).

* * *

Техники у нас было немного, но ту, что имелась, я хотел сдать на руки Нобелю. Чтобы он вдумчиво провёл техосмотр и когда понадобится, у нас всё работало без сучка, без задоринки. На это дело отрядил второго тяжёлого на пару с Хмурым. Парни завели тягач, с которого люди Нобеля ещё вчера сгрузили поломанный шагоход, дождались пока двигатель наберёт пар, и отправились обратно, перевозить нашу шестиногую самоходку и экзо-броню.

— Эх, ёкарный бабай, что ж всё так-то… — поморщился я, посмотрев вслед неспешно удаляющемуся тягачу.

Считай, хлопцы на целый день вывалились. Мы сюда только час с хвостом телепали и это, будем говорить, на легковом транспорте. А на этой каракатице они пока доберутся… Да и занятий там не на один час: пока движки запустят, пока пар наберут. Мобильный доспех, опять же, врукопашную не погрузишь. Значит, придётся их одевать, заводить, потом раздевать… та ещё канитель.

Кстати, надо как-то с подчинёнными Грека поближе сойтись, они уже считай мои люди, а я их по именам даже не знаю. Не хорошо. Не красит меня как начальника.

Следующим из общественно-бесполезного выбыл Димыч. Его вместе с Нобелем я отправил в Белый город регистрировать вчерашнюю сделку. Следовательно, у меня ещё дополнительно минус два человека: Трофим, как водитель Бекаса и Грек, как телохранитель. Без присмотра я приятеля с инженером отпускать побоялся. Слишком уж ценные кадры.