Книга Миссия ХРАЗ, страница 155 – Харальд Хорф

— Что вы хотите этим сказать?.. — Порфирий не стал скрывать непонимания. — Что убить ХРАЗа — это плохо?!

— В глобальном смысле, — Кузнецов вновь вздохнул, — я хочу сказать, что убивать — это не плохо и не хорошо. Это просто возможность, данная нам Мирозданием. Если бы убийство являлось чем-то, что противоречит Вселенной, то убийства бы не существовало принципиально. Но Мироздание ввело её как один из инструментов отбора и регуляции, значит, некая необходимость в наличии возможности убивать есть.

Полковник сделал паузу, смерил инженера очередным усталым взглядом, и продолжил:

— Но в частном смысле всё проще. Возможность убийства — это не чья-то личная привилегия, она в той или иной мере есть у каждого. И каждый может ею воспользоваться. Поэтому тот, у кого есть разум, должен подумать: а не захочет ли кто-то убить его самого за то, что он убил кого-то ещё. А дальше всё решают два фактора: решимость и возможность. Точнее, наличие или отсутствие их обоих.

— То есть ХРАЗ не убил Сеченова потому, что побоялся мести? — внезапно догадался Порфирий. — И кто же убьёт его за то, что он убьёт Сеченова?

— Я, — лаконично ответил Кузнецов. — И он в курсе.

— А как же все остальные? — вновь вскинулся Порфирий. — Те, кого ХРАЗ убил или поработил?! Разве они не достойны жить?!

— Кто решает, достойны или недостойны жить те или иные существа? — парировал Кузнецов. — Ты? Я? ХРАЗ? Кто-то ещё?

— В данном случае это очевидно! — начал было Порфирий, но полковник прервал его недовольным жестом.

— В данном случае мне очевидно только то, что опять кто-то стремится заставить меня убивать ради собственных интересов или убеждений, — жёстко отрезал Кузнецов. — Не выйдет! Время загребать жар чужими руками прошло. Хочешь кого-то убить — иди и убей сам. Не можешь — значит, не тебе решать, кому жить, а кому умереть. Стало быть, это будут решать те, кто может.

— Но ХРАЗ убивает всех руками роботов! — Порфирий решил принципиально спорить до конца, ощущать себя мелкой сошкой, от которой ничего не зависит, было слишком обидно и оскорбительно. — Он захватил «Коллектив» Сеченова предательством и подлостью!

— Во-первых, Сеченов не создавал «Коллектив» в одиночку. — Кузнецов был непробиваемо спокоен. — Сеченов создал Полимер. Позже, не без помощи Захарова, Сеченов создал нейрополимер. А если быть досконально точным, то первый нейрополимер создал Захаров ценой своего растворения в оном. Изучив опыт этого растворения, Сеченов создал свой нейрополимер. Это два Массива, различных по своему характеру, но одинаковых по сути. Как два разных человека: кто-то агрессивный, кто-то добродушный, но оба они являются людьми.

Массив Сеченова толерантен и демократичен, это Массив гениального учёного, принимающего решения на основании математических расчётов, а не собственных предпочтений. Массив ХРАЗа агрессивен и стремится все проблемы решать рационально, быстро и кардинально. Но оба Массива открыты для всех. ХРАЗу не выгодно держать своих людей марионетками вечно. В ванильно-конфетном экстазе никто из них не сможет совершать глобальные открытия и технологические прорывы. Рано или поздно ХРАЗ соберёт в своём Массиве только тех, кто разделяет его взгляды, и вернёт им волю. И они останутся довольны, ибо тоже в какой-то неодинаковой мере агрессивны и с удовольствием бы избавились от всех, кого считают червями.