Книга Расслоение, страница 12 – Nezloi

На текущий момент в России в реестр попадали только со второй ступени, а в некоторых странах вообще с третьей.

Удержанию обстановки в мирном русле также поспособствовало быстрое принятие законов, ограничивающих паранормов, опять же, только с определённой ступени. Почти всех обязали либо служить в силовых ведомствах, если способности были подходящими, либо работать на государство в ином статусе. Но так или иначе почти все паранормы, что из себя хоть что-то представляли, были известны и находились под контролем. Конечно, время от времени случались новые инициации, в большинстве своём люди сами приходили в полицию, так как быть паранормом выше второй ступени было выгодно. Но случалось, что некоторым приобретённая сила крепко била по мозгам, и тогда такие граждане решали, что на кривой дорожке получится заработать больше. Вот для таких случаев и был создан наш отряд специального назначения с кодовым названием «Отряд 417».

Почему такое странное название не знал даже наш командир. Хотя наша штатная переговорщица, кстати тоже паранорм, но третьей ступени и контролирующего типа, проводила параллели между нами и каким-то японским номерным отрядом, что существовал в годы второй мировой войны.

Вытряхнув из головы мысли о симпатичной «контролёрше», вернулся к своей жизни.

Так уж вышло, что на учёте специальной комиссии я состоял с самого раннего детства, конечно, не просто так, на такой учёт попадали все дети, чьи родители являлись паранормами. Мои были из первой волны, причём оба знамениты на весь мир.

Отец, один из немногих целителей, могущих вылечить буквально всё, был известен под именем Лазарь. Конечно же, он не работал в больнице и не исцелял простых людей. Мой отец был личным врачом президента, и попасть к нему на сеанс было труднее, чем добиться аудиенции у того самого президента. Мать, известная как Марья-Защитница, работала там же, только в охране. Надо ли говорить, что оба были паранормами десятой ступени, максимально возможной.

С отцом у меня всегда были сложные отношения, уж слишком мы были разные, он слишком амбициозен и властен, считающий, что он вправе решать, как мне жить, я же слишком ленивый и инертный, но при этом достаточно твёрдый, чтобы отстоять свое право жить как хочу. Вот так я и оказался в спецназе вместо МГИМО.

В ярости отец выпер меня из дома и лишил денег, впрочем, я был всегда достаточно скромен, для мажора и зарплаты сержанта с доплатой паранорма шестой ступени мне хватало с запасом. К тому же мама не забывала о своём непутёвом чаде и ежемесячно, тайком от отца, присылала мне пару-тройку моих зарплат.

На этот раз из дремы меня вывел крик дежурного по базе.

— Дежурная группа на выезд!

С недовольным бурчанием поднялся, прихватил свой АС Вал, валяющийся на столе, и поплелся вслед за остальными более расторопными бойцами.

В подземном гараже, до которого было совсем недалеко, мои коллеги уже грузились в бронированный чёрный микроавтобус, обклеенный логотипами министерства внутренних дел. Чуть ниже была надпись «Спецназ Отряд 417».

Втиснувшись последним в автобус, плюхнулся на первое свободное сидение, положил шлем на колени и закрыл глаза в надежде урвать хотя бы десяток минут сна.

— Ебать мой сизый корень, Быстрый, как ты умудряешься спать в любой момент?