Книга Мы – инопланетяне. Книга 3, страница 83 – Юрий Тарарев, Александр Тарарев

Медми взял на себя командование, понимая, что наступает один из самых ответственных моментов всей миссии. Каждый шаг должен просчитываться до мельчайших деталей, и любое промедление могло обернуться катастрофой. Наступил главный момент, он отдал команду Интеллектуальному Комплексу экстренно подготовить субтерину к погружению в недра Земли.

— Как только команда поднимется на борт, стартуем, – добавил он, ожидая с волнением ответа от ИК. Внутреннее напряжение возрастало, так как не было полной уверенности, что всё пойдёт гладко. Препятствия могли возникнуть в любой момент, ИК мог игнорировать команду…

После короткой паузы, которая показалась Медми вечностью, голос ИК прозвучал в рубке чётко и спокойно:

— Приказ принят, навигатор. Субтерина готова к погружению.

Ответ принёс радость не только Медми, но и всей команде. Каждый из них буквально выдохнул с облегчением, осознав, что, по крайней мере, на этом этапе препятствий удалось избежать.

Петра аккуратно перенесли в субтерину и разместили в специальном отсеке, где его состояние могли тщательно мониторить. Команда заняла свои места в рубке, готовясь к предстоящему спуску. Единственная, у кого не было работы в этот момент, – Верочка. Боевой комплекс в данный момент не требовался – вокруг только друзья и союзники. Понимая это, Верочка решила остаться в отсеке с Петром, чтобы следить за его состоянием и быть рядом в случае необходимости.

Как только все системы прошли успешное тестирование, субтерина «Крот» плавно погрузилась в тоннель. Мощные горелки на носу судна вспыхнули ослепительным огнём, разрезая каменную породу и превращая её в жидкую магму. Вокруг мгновенно активировались защитные силовые поля, окружив судно сияющей оболочкой, которая удерживала жар и давление, оберегая команду внутри от смертельного накала. «Крот» быстро набирал скорость, двигаясь всё глубже, проходя сквозь породы и отложения, которые оставались нетронутыми миллионы лет. Звуки хрустящих камней и лава, плескавшаяся за стенками субтерины, создавали ощущение, что они оказались в чреве самой планеты.

В экстренном режиме, с максимальной скоростью, субтерина начала свой стремительный спуск. Тоннель, по которому она двигалась, казался бесконечным лабиринтом, где каждый поворот, каждая извилина скрывали новые опасности. Когда «Крот» преодолел несколько сотен метров, он вошёл в проплавленный магматический тоннель. Магма, словно раскалённое молоко, клубилась вокруг судна, искрясь красным и оранжевым светом. Этот туннель создали Кагмы – их технологии позволяли с лёгкостью поддерживать необходимую температуру в недрах планеты, используя тепло как источник энергии. В этом огненном океане субтерина ощущала себя более свободно, скользя по жидкой лаве, как по гладкому шёлку.

Через несколько минут «Крот» преодолел самую опасную зону – кору планеты, после чего проник в более спокойную водно-паровую прослойку. Лёгкие струи пара, возникавшие при контакте магмы с водой, давали субтерине немного передохнуть перед новым рывком. Тоннели продолжали тянуться в бесконечность, но впереди уже начинала проявляться следующая цель – верхний слой мантии.

По мере того, как «Крот» продвигался всё глубже, скорость продолжала возрастать. Магма становилась всё более жидкой, превращаясь в бурлящую реку, и сопротивление потоков, некогда значительное, теперь ослабло. Команда внимательно следила за показателями на приборной панели. Температура, давление, плотность потоков – всё проверялось и контролировалось. Шесть часов, проведённых в бешеной гонке по недрам планеты на скорости более пятисот километров в час, не были простыми. Казалось, сама планета, словно живая, реагировала на их присутствие: огненные бури, взрывы пара и лавы постоянно сопровождали их движение.