Книга Шамбхала книга 2: Путь познания, страница 10 – Дмитрий Серебряков

— Ты! — Ингрид замахнулась для тяжелого удара сверху.

Кукловод перехватил её запястье. Это движение было таким быстрым, что я едва его заметил. Он не ударил её. Он просто слегка сжал руку, и я услышал, как заскрипели кости.

— Дух… — прошептал он ей в самое ухо. — Ты ведь чувствуешь, как она хочет вырваться? Позволь ей. Дай мне попробовать твою настоящую силу на вкус.

Он отбросил Ингрид в сторону, словно тряпичную куклу. Она пролетела несколько метров и врезалась в забор. Я бросился на него, вложив в удар всю свою отчаянную злобу. Клинок шел идеально, я чувствовал, как «нечто» внутри меня вело руку.

Одержимый просто выставил два пальца. Сталь звякнула о них, как о гранитную скалу.

— А ты, мальчик… — он посмотрел мне прямо в глаза, и на мгновение я почувствовал, как в мой мозг впились тысячи раскаленных игл. — Ты пуст. Но в твоей пустоте спрятано нечто странное. Я не убью тебя. О нет. Демоны заплатят мне тройную цену за такого «носителя».

Он ударил меня наотмашь. Не кулаком — волной сырой темной энергии. Меня подбросило в воздух, легкие сдавило, а перед глазами расцвели кровавые пятна. Я упал рядом с Ингрид, пытаясь вдохнуть хоть глоток воздуха.

— Вставайте, — кукловод поманил нас пальцем, и нити на его руках натянулись. — Представление только начинается. Мне нужно, чтобы вы были в полном сознании, когда я начну вытягивать из вас ваших духов. Ваш ужас будет куда слаще, чем седина того маленького графа или разорванное горло церковника.

Он шел к нам медленно и уверенно. Каждый его шаг отдавался пульсацией в висках. Вокруг нас одержимые «зрители» начали медленно поворачивать головы, следуя за его движениями. Улица превращалась в замкнутую арену, из которой не было выхода.

Я посмотрел на Ингрид. Из уголка её рта текла кровь, а в глазах вместо привычной ярости начал проступать первобытный осознанный страх. Страх перед тем, кто не просто сильнее, а кто полностью владел правилами игры.

— Нам нужно… что-то другое… — прохрипел я, пытаясь нащупать меч. — Техники не работают. Он читает нас.

— Тогда перестань думать, — прорычала Ингрид, и её волосы начали шевелиться, словно от невидимого ветра. — Просто дай ему повод пожалеть о том, что он оставил нас в живых.

Кукловод рассмеялся, и этот смех эхом разнесся по Южной улице, заставляя «пустых» жителей деревни синхронно оскалиться в жутких беззвучных гримасах.

Враг стоял неподвижно, но нити, тянущиеся от его пальцев к «зрителям» в окнах, вибрировали, словно струны безумного инструмента. Я чувствовал, как с каждым его вдохом пространство вокруг него становится плотнее, а наше отчаяние — гуще.

— Ты слишком много думаешь, простолюдин, — бросил он мне, даже не глядя в мою сторону. — И слишком мало действуешь. Впрочем, твоя подруга сейчас это исправит.

Ингрид сорвалась. Это не был обычный рывок человека. Её тело окутало едва заметное изумрудное марево, а меч в её руке — где дремала неистовая сила духа — издал тонкий торжествующий звон. Она превратилась в размытую тень. Удар, еще один, разворот — сталь свистела в миллиметрах от лица Кукловода. Она двигалась с колоссальной скоростью, которую давал ей дух, но предатель лишь танцевал.

Он не отступал. Он плавно перетекал из одной позы в другую, заставляя Ингрид рубить пустоту. Это была издевательская игра, и Кукловод настолько упивался своим превосходством над «дочкой инквизитора», что на мгновение перестал считать меня угрозой.