Книга Раздвигая границы, страница 56 – Дмитрий Серебряков

Она начала сбивчиво оправдываться, пытаясь прикрыться сложными кулинарными терминами, но пылающие щеки выдавали её с головой. Я шел рядом, слушал лепет о балансе вкусов и еле сдерживал ухмылку. Счет один-один. Пытка вилками была полностью отмщена.

За этим увлекательным занятием — я молча усмехался, а Ингрид отчаянно пыталась доказать свою аристократическую непогрешимость — мы совершенно перестали следить за тем, что происходило вокруг. А стоило бы.

Еще десять минут назад небо над нами было по-летнему чистым и прозрачным. Но Гадар место непредсказуемое, а погода здесь порой менялась быстрее, чем настроение у взбалмошной девчонки. Из-за высоких фасадов зданий незаметно наползла огромная иссиня-черная грозовая туча.

Воздух внезапно стал тяжелым, парящим и влажным. Свет померк, будто улицу накрыли плотным одеялом.

Я поднял голову как раз в тот момент, когда прямо над нами с оглушительным яростным треском раскололось небо. Раскат грома ударил по ушам так, что задрожала каменная брусчатка под ногами. И тут же без единой капли предупреждения на нас обрушилась сплошная стена воды. Это был даже не дождь, а настоящий ливень, смывающий всё на своем пути.

— Бездна! — вырвалось у меня.

За секунду нас вымочило до нитки. Прохожие с визгом и криками бросились врассыпную, прячась под козырьки витрин и навесы.

— Акиро, туда! — перекрикивая шум ревущего ливня, крикнула Ингрид.

Она схватила меня за рукав пиджака и потащила к ближайшему зданию. Между двумя монументальными фасадами зиял уходящий глубоко вниз широкий туннель, над входом которого нависал массивный каменный козырек.

Недолго думая, мы нырнули под его защиту, в полумрак спасительного туннеля, прячась от разбушевавшейся стихии. Снаружи стена воды с яростным шумом разбивалась о каменные плиты улицы, но здесь, в туннеле, освещенном ровным светом магических ламп, было сухо и относительно тепло.

— Обалдеть, ну и погодка! — звонко рассмеялась Ингрид, откидывая прилипшие к лицу мокрые пряди волос.

Я стер ладонью воду с лица, выжал полы своего школьного пиджака и повернулся к ней, чтобы согласиться, что Гадар умеет удивлять.

Слова так и остались непроизнесенными. Моя челюсть захлопнулась с такой силой, что я едва не прикусил язык.

Ингрид стояла прямо под яркой потолочной лампой, продолжая весело щебетать, отряхивая воду с короткой юбки. Но мой взгляд вопреки всем законам приличия и инстинкту самосохранения примагнитился чуть выше.

Та самая невесомая светлая блузка, в которой она так гордо вышагивала по улице, вымокла насквозь. Ткань намокла, потяжелела и прилипла к её телу как вторая кожа, став абсолютно прозрачной. Но самым катастрофическим оказалось даже не это. Оказалось, что под этой проклятой городской блузкой у наследницы рода ди Яго… вообще ничего не было. Никакого белья. Совсем.

Мой мозг, заточенный на поиск опасностей, мгновенно проанализировал открывшуюся картину во всех мельчайших анатомических подробностях. И тут же ушел в глухую аварийную перезагрузку.

Кровь с оглушительным ревом бросилась мне в лицо. Я почувствовал, как у меня загорелись не только щеки, но и шея, и даже уши. Казалось, от меня сейчас должен пойти пар. Я резко, едва не свернув себе позвонки, отвернулся к стене, уставившись невидящим взглядом в серую каменную кладку.