Книга Выживание, страница 120 – Евгений Сладков

И — промахнулся!

Попал в самый край головы… Но и по мне тоже попали — вторая коса зацепила металл на правой голени, развернула и швырнула на спину.

Усиление рванулось по уже найденному пути. Искажение хлынуло в мышцы левой ноги, спины и плеча, сжало их резко, и я ушёл перекатом из-под опускающейся сверху косы. В правом предплечье кости сдвинулись под шиной, рёбра сомкнулись вокруг лёгких, вынуждая воздух застыть внутри, а все малые филаменты вдоль позвоночника разом свело.

Но я всё равно оказался на ногах!

Правда, Оковы высосали остаток Усиления. На режущем крае лапы Богомола осталось расплющенное звено ножной цепи, у меня прибавились обожжённая рука, разбитый локоть и шина, державшаяся скорее из упрямства.

Совсем не равный обмен. Хотелось бы исправить, но два новых Серпа заставили меня уйти коротким Шагом за сталагмит. Техника дёрнула тело метра на три, кольца отняли равновесие, и остаток пути я преодолел, скользя на ладони и колене. Будь благословлены Удачей портные, шьющие форму для Академии!

Огненные дуги скрестились за спиной, снесли верхушку каменного столба и снова ушли в потолок.

Я отступал между сталагмитами, прикрывался ими и считал движения твари, пытаясь понять закономерность атак.

Правая коса выпускала Серп, левая повторяла, потом — прыжок и совместный удар ими.

Богомол не был разумен, зато знал одну тактику и следовал ей безо всяких сомнений, доведя до звериного совершенства.

Очередной промах рассёк потолок. От тёмной трещины у основания центрального сталактита побежала свежая светлая линия, вниз посыпалась белая пыль.

Она ещё падала, а в голове наконец-то созрел победный план.

Ещё несколько ударов и висящая каменюка вполне может обратиться копьём. Оставалось поставить под него Богомола и не остаться там самому.

Я стал смещаться к центру, стараясь экономить Шаги, потому что из-за непрерывного применения техник звенья цепей раскалились, вжались в ткань и плоть, заставляя моментами оступаться и запрещая рукам слушаться.

Первый СерпАура отвела в плечо вместо шеи, второй срезал лоскут плаща и обжёг щёку.

Но я смог — достиг нужного сталактита!

Достиг и развернулся к врагу. Богомол был уже в нескольких шагах, огонь на обеих косах налился белизной — Зверь вот-вот должен бы прыгнуть.

А я видел… другое.

Взгляд внезапно выхватил то, как покров на сочленениях истончается, расходится вместе с пластинами панциря и снова смыкается при движении. Словно бы… настоящая граница.

Грань!

План тут же дополнился: пробить её, войти под защиту и оборвать правую косу. Но вспомнилась Орса, повредившая Главный филамент на третьей попытке. Разум предлагал учесть урок, но Богомол собирался отрезать этому разуму голову и тем самым закрыть спор.

Не знаю, как умудрился, но поймал совмещение всплесков-ритмов. А может, я сперва уловил момент синхронизации, и уже после этого безумные мысли возникли?..

Как бы то ни было, а Ядро Предела совершило оборот, Искажение сжалось перед выбросом, и на краткое мгновение оба потока почти совпали.

Я направил их в границу возле сустава правой косы:

— Разрыв!

Четыре руны вспыхнули раньше удара. Оковы вцепились во внешний импульс и потянули его к себе, Искажение успело войти в Главный филамент, Предел отстал. Вместо одного движения возникли два встречных, живая нить между Ядрами выгнулась и хлестнула по сердцу, а малые ответвления вмиг сжались.