Онлайн книга «Воплощение»
|
Но какие колоссальные всё же размеры у пещеры! С каждым шагом, с каждым метром она становилась всё более и более невозможной, непостижимой. И, если предположение о реке верно, то всем известен один факт — каждая река в свою очередь впадает в более крупную реку или водоём. И место, куда она нас должна вывести, может ещё больше раздвинуть границы этой колоссальности. Собственно, так и вышло. Обогнули очередную колонну и замерли — перед нами раскинулась обширная водная гладь, центр которой пронзал огромный кристалл доселе невиданного нами цвета. Синий! Но неоднородно синий. Где-то он уходил в светло-голубые, лазоревые тона, а где-то — в иссиня-чёрные, а то и вовсе — чёрные. — Невероятно! — в унисон выдохнули с Миктланом, заворожённые картиной. И — да! Этот кристалл тоже испускал свечение, как и его зелёные собратья до этого. Но если у тех был мягкий, ласковый свет, то здесь был иной — резкий, яркий. Резкий настолько, что смотреть на него, не прищурившись, было совершенно невозможно, и глаза начинали слезиться практически мгновенно, а после увода взгляда в сторону «зайчики» ещё долго донимали внезапными вспышками, мерцающими пятнами, всполохами хаотичных бликов… Но мы всё равно несколько минут провели словно в трансе, глядя на этот калейдоскоп света и цвета. И возникало ощущение, что по его поверхности иногда пробегают искорки-молнии… Потом, конечно, пришла расплата. Нашим глазам было больно и слёзно, но мы всё равно ни о чём не жалели, навсегда запечатлев в памяти представшее зрелище. И нет, «навсегда» здесь не значит, что мы внезапно стали слепы. Миктлан только вот немного поругался в очередной раз на «потерю» своего блокнота — так ему хотелось зарисовать представшую картину. Но — увы! А зарисовать там действительно было что. Кристалл-гигант пронзал не только водную гладь, но ещё и подпирал потолок всего озёрного участка, а может, и не «подпирал», а тоже пронзал, уходя куда-то вверх или, наоборот, приходя оттуда. Но всё это относилось лишь к одному индивидууму из всей друзы, который и составлял её сердце, основу. Остальные же её члены имели намного меньший размер, некоторые и вовсе лишь частично показывались над водной поверхностью, больше сверкая сквозь её прозрачность… Следующим своим действием, когда проморгались, уже более детально осмотрели доставшийся нам берег озера — а как иначе назвать этот подземный водоём? — сошлись с Миктом именно на таком определении. Так вот берег озера, как ему и подобает, оказался местами каменистым, местами песчаным, местами заросшим… Тут мы даже ненадолго впали в ступор — ведь растительность до того нам не встречалась в этом подземном царстве. А здесь она была. И причем неожиданно разнообразной. Вот на скале побеги какой-то красной лозы, вот заросли сочного камыша невиданного цвета, а вон там что-то похожее на зелёный лишайник или мох… Поди разбери их разницу! Не травоеды мы ни разу. Больше всего поразила нас ива. Да-да, настоящая плакучая ива! Откуда она тут? Как умудрилась вырасти здесь, да ещё и такой здоровенной? Так и не одна! То тут, то там. Побольше и поменьше. Где-то их ветви даже касались поверхности воды… Если бы ветер колыхал их, вокруг пели птицы, и стрекотали насекомые, то и вовсе сказал бы: «Идиллия!». Но последних пунктов не было. И это даже хорошо! Ведь хорошо же?.. Или, может, мы о них ещё просто не знаем? Если так, тогда всё плохо, потому как веры в безобидность флоры и фауны мало. Плюс ещё свежо воспоминание с той круглой комнатой, внезапно оказавшейся логовом и почти «захлопнувшейся» ловушкой… |