Книга В тени государевой, страница 55 – Мария Самтенко

— Ей было восемнадцать. Она здесь училась, в техникуме. Сказала маме, что пошла в кафе, и все, пропала. Ни ночью, ни утром ее не было. Стали искать, а подружки и говорят, что видели ее в том кафе с Ромой. Вроде как он приходил помириться. Ладно, приходил, а они ее почти до дома проводили, до угла…

Воробьев рассказывает в деталях и в красках: подружки расстались почти возле дома погибшей. Они и не думали, что девушка не дойдет. И что почти месяц спустя нефтяники, расчищающие дорогу в лесу, найдут ее мертвой. Экспертиза установила, что Татьяна умерла от переохлаждения, а перед этим ее избили и изнасиловали.

— Ребят прямо у меня в автосервисе и повязали, – говорит он. – Вот так, пришли и мордами в пол, представляете! Такое было! Конечно, я их сразу заставил уволиться. Никто тогда не знал, что это маньяк. Говорили, что Рома хотел с ней помириться, они выпили, но…

Воробьев машет руками, рассказывает: ужасная история. И девушку жалко, и для бизнеса плохо. Машина-то была из его сервиса! Идиоты взяли ее покататься. Для Воробьева это был страшный удар. У него же не единственный автосервис в Бирске, есть еще конкуренты. Нарисовались: один все деревенских приваживает, все Мишкино к нему ездит, а второй вообще наглый как танк, половину клиентуры увел…

Конкуренты! Плохо для бизнеса! Я смотрю на него и чудом держусь, чтобы не высказаться. Пожилой человек все-таки.

Светлость ловит мой взгляд, шагает ближе, касается плеча – легко и успокаивающе. И деликатно возвращает заболтавшегося Воробьева обратно к теме маньяка.

— Там был еще этот Максим, мелкий такой. Их друг.

И этот друг, рассказывает Воробьев, все подтвердил: Рома, мол, хотел с ней, с этой Таней, помириться, но не вышло, они были выпившие, затолкали ее в машину, вывезли в лес и изнасиловали. Повозили в багажнике, бросили и уехали. Не подумали, что девушка замерзнет.

Вот их и взяли прямиком в автосервисе Воробьева. Рудик во всем признался, а Рома упорствовал, говорил, что его оговорили. И что этот Максим, который видел, как Татьяну запихивают в машину, просто не знает, что ее потом высадили целую и невредимую.

Молодых людей собирались посадить, но дело развалилось – экспертиза показала, что биологические следы на теле девушки оставил кто-то другой. Ни Рома, ни Рудик не были причастны. Они заявили, что в полиции выбивали признание силой, и подали в суд как пострадавшие от произвола. В начале года государство присудило им крупные суммы компенсаций. О том, как бирская полиция хватает невиновных, раструбили во всех газетах.

На этом моменте я, кажется, начинаю понимать Фаниса Ильдаровича. Понятно, что тут невольно начнешь осторожничать. После такого трижды подумаешь, чем поволочь кого-нибудь на допрос.

А маньяк тем временем продолжил убивать. Но таких подробностей насчет других жертв Воробьев уже не знает. Не следил. Это тут он невольно погрузился. Да еще и на деньги попал: рассчитывался с бедолагой, на чьей машине Роман и Рудик катали Татьяну и попались свидетелю. Не знал, что им компенсацию присудят, а то взял бы ребят обратно и заставил самих рассчитываться с клиентом. А теперь, раз он их уволил, как-то и неудобно.

На этой ноте мы и прощаемся. Светлость искренне благодарит хозяина за помощь, и мы выходим из душного сервиса на тихие улочки Бирска. Идем к моему дому, долго молчим. Не знаю, что Степанов, а я вспоминаю, как же зовут бывшую жену маньяка – ту самую ведьму и мегеру, на которую он жаловался подельнику. Увы! Маньяк говорил про Наталью, а невестку Воробьева зовут Карина. Значит, его сына, скорее всего, можно вычеркнуть. Кстати, дар у него самый что ни на есть подходящий для работы в сервисе: металл. А у маньяка была вода. Снова мимо!