Книга Похищенная в летний полдень, страница 3 – Мария Самтенко

— Это, наверно, сестра, — глубокомысленно выдает Гай. — У Милочки была старшая, она уехала отсюда лет…

— Ты как это понял, по сиськам? — поворачивается к нему Лорен. — Не отвечай, тупоголовый баран, вопрос риторический! Кирст, отнеси ее в комнату. И не лапай! Нам еще выкуп просить!

— Клянусь, я пальцем ее не тро…

Замолкаю, глядя, как на лицах Гая и Ориса расплываются улыбки. Проклятая шнуровка!

Делать нечего: подхватываю девушку на руки, несу на второй этаж, туда, где приятели обустроили комнату для содержания похищенной. Укладываю на постель, отворачиваюсь и бормочу, что ей нужно поспать после лекарства, и что мы не причиним ей вреда.

В тысячный, что ли, раз.

— Прикрой окно, комары, — с неожиданной четкостью произносит девушка.

Точно! Насекомые могут налететь, а похищенные — сбежать.

Комнатка маленькая, пару шагов до окна. Но стоит мне закрыть установленный Лореном замок и повернуться, как наша «добыча» обнаруживается вовсе не на кровати! Она стоит у самой двери, держится за косяк и шатается, как от головокружения.

— Куда!

Нагоняю ее в три прыжка, подхватываю в объятия — и застываю, прижимая к себе нежное белое тело. Обнаженное, потому что платье свалилось по пути. Отстраняюсь, осматриваю ее: полураскрытые губы, затуманенные глаза… а еще высокая грудь, аккуратный живот, почти ничего не прикрывающие белые трусики.

Я, конечно, не девственник, но как же это смущает! Хочется одновременно и прикоснуться к груди, к розовым нежным соскам, непременно губами, и очертить пальцами эту полоску ткани между стройными ножками, и провалиться сквозь землю от стыда.

— А, дракончик, — в глазах похищенной читается досада, пожалуй, слишком ясно для одурманенной препаратом. — Не отпускаешь — тогда целуй.

А потом тонкие руки обвивают мою шею, грудь прижимается к моей груди, а губы — к губам.

Мягкие и сладкие, словно булочка. А как соблазнительно пахнут ее волосы!

Невозможно целовать льнущую к тебе обнаженную девушку так, чтобы не стало тесно в штанах.

С трудом отстраняюсь и укладываю похищенную в постель:

— Тебе нужно поспать.

Девушка без возражений сворачивается под тонкой простыней, закрывает глаза и расслабляется. Спустя пару секунд она уже сладко дремлет.

А мне теперь не до сна.

Надежда только на втык от Лорена и холодный душ.

Феса

Дракон уходит, пунцовея ушами, щеками и всеми остальным частями тела — по крайней мере, теми, что на виду. Отдельный вопрос, что и как там под одеждой. Впрочем, меня это интересовать не должно.

Но интересует.

Этот Кирст и с виду очень ничего, и мило смущается, а у меня отпуск и тянет на безрассудства. Потому что если сжимать пружину три года, то она так разожмется, что мало не покажется.

Но симпатичный похититель — это только одна из проблем. Целоваться с ним мне понравилось, но не настолько, чтобы подвергать свою жизнь опасности ради продолжения.

Выползаю из-под простыни и иду в ванную — очень удобно совмещенную с комнатой, кстати. Молодцы похитители, позаботились о моем комфорте.

Или не о моем.

Остаточные явления после той дряни, которая была на платке, почти не мешают думать. Плещу в лицо холодной водой, но это не помогает — глаза норовят закрыться. И вправду, что ли, поспать? Но сначала я должна убедиться, что это безопасно.

Судя по разговорам, которые мне удалось подслушать, украсть хотели не меня, а Милу. Следили, выяснили, что утро каждого выходного дня у нее начинается с похода за булочками в одну и ту же пекарню, подкараулили. О том, что я приехала в отпуск и согласилась подменить сестру, они не знали. Мы с Милой похожи, а летние платья у нас из одной лавки. Вот это, сиреневое, сестра у меня подсмотрела и приобрела такое же. А теперь вышло так, что это сыграло со мной злую шутку.