Книга Целительница. Печать забвения, страница 8 – Анна Дант

— Нет! - шепнула, со страхом глядя на иглу в руках женщины.Я ещё не осознавала, почему мне так страшно. Но знала точно, шить меня вот этим не надо!

— Ты чего? Иголок боишься? - удивленно спросила старуха, глядя то на меня, то на иглу. – Сейчас самогоном обдам. Да и тебе налью, хочешь? Боль притупится. У меня, конечно, и дурман есть. Но не думаю, что тебе стоит его давать.

— Не надо шить! - взмолилась я, а воображение принялось подкидывать страшные картинки с операционным столом и различными ранами.

“Заражение крови заполучить хотели? Сразу надо было в больницу идти, а не выдёргивать гвоздь и подорожником лечить!” - слышится в голове знакомый голос. А перед глазами картинка, как врач отчитывает нерадивых родителей.Это не воображение. Это воспоминание…

— Нет! - на этот раз твёрдо рявкнула я, из последних сил садясь на своем странном ложе. Узком, твёрдом и…Боже, это лавка что ли? Где я вообще?

Но осмотреться пока не могла. Кажется, старуху не впечатлили мои слова. Иглу убирать не собирается. Наоборот, спокойно наливает мутную жидкость в чашку, туда бросает иглу и нитки.

Замерла, пытаясь понять, где болит.А болит всё…Словно меня били, и довольно сильно.Старуха что-то говорила про руку, да? Посмотрев на ладони, увидела довольно глубокий порез.Глубокий, да. И лучше бы зашить. Но шить тем, что достала старуха, я не решусь.

— Очухалась? - спросила она, обратив на меня внимание. – Имя-то своё помнишь?

— Аня, - хрипло отозвалась, осматриваясь.

— А я Ведана, травница местная, теперь знакомы будем. Тебя как занесло-то сюда? В гости приехала к кому? Или… Платье мне твоё напоминает что-то…

— Куда это сюда? - тихо уточнила, чувствуя, как накатывают воспоминания.Картинки одна за одной складывались, как пазлы, в историю моей жизни.Вспомнила и метро…Но что я тогда делаю в бревенчатом доме с большой печкой, словно попала в позапрошлый век? Я ведь должна была погибнуть. Состав не успел бы затормозить, никак.Или я всё же умерла??

— Так в Глухом Логе ты, - с удовольствием пояснила женщина. – Где же я такие наряды видела, а? Словно из храма какого сбежала.

— Из храма, - шепнула, растерянно кивнув.

На воспоминания мои наложились ещё и чужие. Некой Милены, беглой послушницы. Чужие, но словно мои собственные.

— Ведана, а у вас зеркало есть? - спросила, чувствуя, как меня бьёт озноб.

— Зеркало! Да откуда такая драгоценность в наших краях? - рассмеялась травница. – Но осколочек есть. Небольшой, правда. Сейчас дам. Осторожно только, не урони. Дорог он мне, как память.

Ведана приподняла крышку сундука и достала холщовый мешочек. И из него завёрнутый в мягкую тряпицу осколок размером с карманное зеркальце.

— На, держи, - пихнула мне в руки и отступила, с любопытством наблюдая за моей реакцией.

С непонятным чувством надежды и ужаса поднесла зеркальце к лицу и ахнула, увидев отражение.Это не я… Точно не я.Эта та самая Милена, послушница. В храме несколько зеркал было.

— Так что, откуда ты такая? Из какого храма? - продолжила допытываться женщина.

— Полуденных жриц, - прошептала растерянно, откладывая зеркальце в сторону, взяв тряпочку которой был обмотан осколок, нырнула рукой в вырез платья.

Там, между платьем и рубашкой, лежит то, ради чего настоящая Милена пожертвовала жизнью.