Онлайн книга «Опасный. Волшебный. Кот»
|
Длинное одеяние нимфы клубилось сизоватым туманом понизу, скрывая ноги. Цвета сизых сумерек светящиеся глаза и неожиданно длинные, чуть ли не до колен, пышные зеленые волосы с вплетенными в них полевыми цветами и стеблями вьюнков. Венок из березовых листьев и ромашек лекарственных слегка колыхал сквозняк. Интерьер, щедро украшенный травами, растениями и изысканными корягами, словно специально был создан, чтобы подчеркивать природную сущность Гайи — лучше и придумать нельзя было! Потрясенная, я перевела глаза на Стаса, точнее, на Кощея во всем его обличье, с плащом, костяными доспехами и белым лицом в обрамлении черных волос и короны. — Ты не мог не знать! Он пожал плечами. — Интуиция. Творчество, знаешь ли, такая штука — обрушивается и прёт, минуя барьеры в мозгах. Гайя посмотрела на нас по очереди, подходя к стойке и складывая на нее шоппер с мультяшным изображением летающей Бабы-Яги в ступе. — Вы какие-то странные. Все нормально? — Но ты не Яга… — прошептала я, очарованная. Увы, моих познаний в славянской мифологии не хватало, чтобы точно идентифицировать лесное чудо — наполненного светимостью духа, стоящего передо мной. Гайя усмехнулась, бросила на прилавок ключи от машины. — Мы вроде об этом уже говорили. — Она села рядом, взобравшись на высокий стул. Облик ее светлой истинной сути был выше и немного старше физического тела девушки. И я переключила дар, чтобы не вздрагивать при виде костяных доспехов и жутковатых воронов за спиной темного рыцаря. Интересно, их присутствие обязательно? Нельзя пернатую свиту куда-нибудь в клетку закрыть или, наоборот, отпустить погулять? И переоделся бы он в гражданское… — Ты как, успокоилась, Ева? — Гайя кивнула на Стаса. — Я же говорила, что вернется, выпутается. Мой братец — невероятный везунчик: в огне не тонет, в реке не горит… — Бессмертный, — мрачно констатировал Стас. — Ну, у тебя и фамилия говорящая, — рассмеялась Гайя. — Виле́мзер — в переводе «вечный», помнишь, я тебе говорила? Он в детстве на заброшенный завод бегал ночью стаи диких собак дразнить — по тоненькой кромке бетонных заборов, как эквилибрист. В озерах наших нырял в самых опасных местах на спор и из омутов выбирался. А паркур! Боже, чего он только не делал! На крышу нашего театра по стене забирался… Родители поседели. После десантуры успокоился вроде. Уже не мальчик, Стас, куда тебя еще занесло? Ева из-за тебя переволновалась. Хотела бежать, спасать… — А ты нет. Странно. Беречь меня должна была именно ты, Берегиня! — отчеканил Стас строго и добавил: — Ева всё знает, не юли. «Берегиня?! Так вот кто она!» Я уставилась с даром на лесную нимфу во все глаза: что только не писали в сети про берегинь! И что они русалки, и что защитницы земель и рода, и про украшения на старинных крестьянских домах — их тоже берегинями называли. Но до чего же реальная Берегиня была красива — олицетворение самой природы. Силой живой, настоящей от нее веяло. При словах Стаса Гайя прекратила смеяться, лицо ее изменилось, словно она стала взрослее, мудрее в одно мгновение. И взгляд — глубже, совсем другой. — Не тебя я должна была беречь от мира. А мир от тебя, — сказала она. — Что? — Стас стал еще мрачней. — Зачем надо мир защищать? Я разве угрожал кому-то? Не разрушал, мир не захватывал… |