Книга Новая хозяйка старой фабрики, страница 94 – Елена Романова

— По рукам.

Император приподнял брови.

Казалось, он отшатнулся — едва уловимо, но обескуражено. На секунду с него слетела его императорская спесь.

— Что ты сказала? — переспросил он.

— Я согласна.

Взгляд его величества сделался диким, ноздри затрепетали, а я бросила без сомнений:

— Если это позволит мне вернуться в Фавру, я готова.

Кристиану пришлось задержаться.

Встала переправа. В последние дни грянули морозы, но лед был недостаточно прочным.

Кристиан ходил по небольшой деревушке, заваленной снегом и полудикой природе северного Нивара. Не хватало Дотса…

Леса здесь были хвойные и смолянистые, грубые и смертельно опасные. Но Кристиан ощущал себя максимально комфортно — это была его стихия. Он и сам был грубым, неотесанным и алчущим жизни. Сольвер его обтесал, с виду сделав лощенным джентльменом, но Корнуэлл, на самом деле, был простым мужиком. Он и сам о себе это знал. Прямолинейным, волевым и грешным. И он ничего не хотел в себе менять.

— Поберегитесь, милорд! — услышал он.

Из лесной чащи раздался рев.

Охотники загоняли кабана, и Кристиан тихо выругался. Он успел достать нож, когда огромный, бешеный вепрь влетел в него на полном ходу.

Кабан протащил его не менее десяти шагов по заснеженной земле, пока Кристиан бил его со всего маха под челюсть. А затем Корнуэлл распластался на снегу, тяжело дыша, раскинув в стороны руки. Он был весь в бурой крови и смотрел на едва закрывающие пасмурное небо хвойные ветви елей.

— Святое придание, милорд, вы живы?

Охотники стащили с него мертвую тушу, помогли подняться и только тогда Корнуэлл понял, как ему повезло. Кабан был не просто большим, а огромным, но, к счастью, ничуть не задел его клыками, хотя возил по всем корягам и камням так, что болела спина. Если бы не плотная куртка из кожи, Корнуэлл бы здорово пострадал.

— Вы его ловко прирезали! — восхищенно сказал один из мужиков, пока Кристиан пытался отдышаться. — Видать, кто-то сильно вас любит, милорд, и молится за вас!

— Я из простых, — прохрипел Корнуэлл, наклонился, беря охапку рыхлого снега и растирая в руках, чтобы смыть кровь. — Не лорд.

Он так же отер лицо, солоноватые губы и уселся на поваленное бревно.

Мужики, а было их трое, сели рядом, предлагая ему курево. Набежали собаки, впереди послышались оклики других охотников, а Кристиан сидел, опустив на колени руки и думал об…

…Ив.

Наверно, потому что она была единственной, чей образ всплыл в его мыслях, когда клыкастый боров мотал его по земле. Именно о ней он подумал — молодой и хрупкой. О такой упрямой Ив. О раздражающе самостоятельной.

— Маленькая строптивая сука, — пробормотал он, глядя на брызги крови на снегу.

Отказавшись от самокрутки, он искоса взглянул на мужиков, которые обсуждали случившееся, хохотали и похлопывали Корнуэлла по плечу.

— Ну и сильны же вы, господин. Э как вы его вспороли!

Один из охотников достал кремень и стальную пластину, потом — клок трута. Ударил, вышибая искру, которая, упав в снег, тотчас погасла.

Кристиан завороженно проследил за ней взглядом.

Охотник выругался и снова высек искры. Трут, наконец, задымился, потемнел и вдруг ожил крошечным красным огоньком. Мужик довольно хмыкнул, поджег самодельную сигарету и затянулся.

А Корнуэлл нагловато выхватил у него самокрутку, внимательно посмотрел, как тлеет бумага и табак. Это было так просто — на поверхности. Он затушил ее и вновь вручил охотнику, приказав: