Книга Диагноз, страница 73 – Анюта Соколова

Тери остановился, проводил взглядом Жиля и строго спросил:

— Янира, что случилось?

— Ничего.

— Почему твоей соседке нельзя просто позвонить? — он кивнул на телефон в холле.

— Потому что не все люди живут так шикарно, как могущественные некроманты. У Лили нет телефона.

— Что с тобой? — нахмурился Тери. — Почему ты снова огрызаешься?

— Извини. Так я могу отлучиться?

— Нет, — отрезал он. — Не под проливным дождём и не по надуманной причине.

«Леони бы не отпрашивалась», — с горечью подумала я. Пожала плечами и пошла к себе.

— Может, составишь мне компанию? — Тери кивнул в сторону библиотеки. — Хочу поворошить старые газеты на предмет загадочных смертей.

— Прости, я устала.

Он догнал меня уже на пороге и рывком развернул к себе:

— Что, чёрт побери, произошло?! Что, Янира?! Я тебя обидел? Когда, чем?

— Я просто устала, — повторила я и аккуратно высвободилась.

— Янира, я не понимаю, — понизил голос Тери. — Тебя так задел мой отказ? Хорошо, сейчас я попрошу Жиля, он отвезёт тебя к твоей соседке. Но я не могу позволить тебе промокнуть и заболеть!

— Потому что я должна быть бодрой и работоспособной двадцать четыре часа в день, семь дней в неделю и так далее. Я помню.

— Причём здесь это? — его скулы вспыхнули. — Я о тебе переживаю!

— Умоляю, не надо за меня переживать. И Жиля не надо просить. Он тоже устал, целый день за рулём. Нельзя так нельзя, я понимаю.

— Что ты понимаешь? — зло спросил Тери. — Что ты опять надумала? Святой Спаситель, я с тобой с ума сойду! Пожалуйста, хочешь мокнуть — мокни! Ты у меня не в плену, чёрт побери! Но возьми хотя бы денег на такси!

Он вытащил из кармана купюру в пятьдесят валаров. Первым моим желанием было съязвить, затем я передумала. Забрала деньги и торопливо сбежала вниз. Вот так честно: мне платят — я служу! И не надеюсь ни на что большее.

До моего дома можно было дойти неспешным шагом за четверть часа, быстрым — минут за десять. Я добежала за семь. Жакет промок насквозь, по спине текли ручьи, в туфлях хлюпала вода. Разумеется, ни к какой Лили я не пошла: не в состоянии была слышать её ахи и охи. Она непременно спросила бы, как мне работается у некроманта, и что бы я ей рассказала? О том, что моя пресловутая работа — служить заменой любимой девушки?

Ключ от квартиры я зачем-то все эти дни носила с собой, как чувствовала, что пригодится. Вошла, включила свет, огляделась. После роскоши дома на Королевской площади скудность обстановки ужаснула. В комнате родителей обои совсем выцвели, паркет стёрся, мебель стыдливо разбежалась по тёмным углам, круглый коврик у кровати покраснел от стыда за свой жалкий вид. Моя спальня показалась полупустой: кроме продавленной тахты, узкого шкафа и расшатанного столика, в ней ничего не было, но раньше это не так бросалось в глаза. Давно следовало бы сделать ремонт, но я только этой весной рассчиталась с отцовскими долгами.

Переодеваться мне было не во что: все свои вещи я забрала с собой, а одежду родителей давно отдала в благотворительный фонд. Мокрые туфли я сняла и по студенческой привычке насовала туда газет, жакет пристроила на спинку стула. Вода с него капала на пол, пришлось сходить за тряпкой. Сама я завернулась в старенький плед с кровати и позволила себе то, чего не делала уже четыре года: позорно разревелась.