Книга Диагноз, страница 65 – Анюта Соколова

— Удивительно, как в твоём возрасте и с твоей работой ты остался идеалистом?

— Говорит мне та, что отказала министру, — Тери улыбнулся. — Поблагодарим Шонела, зайдём к Камилю и домой.

Лаборатория располагалась в корпусе напротив архива, туда тоже вёл длинный переход. Шонел простился с нами, перепоручив совсем юному сержанту. Этот мальчик взирал на Тери с благоговением и под конец смущённо попросил автограф, словно у кинозвезды. Мне стоило большого труда сохранить серьёзное лицо, зато сержант со счастливой улыбкой унёс в своём блокноте пожелания всех благ от лучшего некроманта Сентара.

— Ну и где ты ходишь? — Вирен встретил нас недовольной миной. — Звонил без четверти десять, а сейчас уже первый час! Добрый день, госпожа Эрлан, вас я всегда рад видеть с любым опозданием!

— Руки к Янире не тяни, — с нажимом произнёс Тери. — Чревато.

— Да я уже понял, — вздохнул Вирен. — Права поговорка «Якорь некроманта — это диагноз». А я получил результаты анализов и сам собирался тебе звонить. Никакого яда в крови не обнаружено, но в этом я и не сомневался. Зато я вспомнил, когда впервые столкнулся с такой внезапной смертью.

— Супруги Эрлан в пятьдесят девятом и тогда же некий господин Арчер.

— Нет, — покачал головой медэксперт. — Это далеко не первый случай. Я тебе ещё вчера звонил, но к тебе было не пробиться. Твой Гюстав охраняет тебя почище цепной собаки. Посылает по известному адресу вежливо и непреклонно: господин Риден отдыхает, перезвоните завтра. Сильно укатали тебя господа из госбезопасности?

— Полдня провалялся, — Тери гордо вскинул голову. — Зато у меня новый рекорд: час и семнадцать минут.

— В могилу тебя сведут твои рекорды… Так вот, про беспричинную смерть. Весной пятьдесят второго, когда я только проходил практику, мы расследовали очень странный случай. Одну даму достали из петли, и у моего начальника не сложилась картинка. Дамочка была редкостной стервой, из тех, что кругом всех уморит, а себя ни в жизнь. Некромантов люто ненавидела, кляузы строчила по несколько штук в неделю. Гюстав, кстати, должен хорошо её помнить: она вместе с вами на Преображенском жила и ему докучала больше всех.

— Камиль, мне в июле пятьдесят второго семнадцать лет исполнилась, — Тери покачал головой. — Всех забот — инициация, выпускные экзамены в школе и девчонки из спортивной команды. Если та дама и допекала Гюстава, то со мной он точно не делился.

— Ещё бы он тебе сказал, — Вирен покосился на меня. — Я утром сбегал в архив, поднял дело. Она же писала, что твой опекун извращенец и растлитель несовершеннолетних, и требовала его осудить, а тебя отправить в колонию.

— Какая милая дама, — Тери хрустнул костяшками пальцев. — И неужели она повесилась?

— В том-то и дело, что не повесилась, а умерла. Сердце остановилось. После чего кто-то сунул её в петлю уже мёртвую. Не убийство, а хулиганство. Но, поскольку дамочка успела попортить крови всем полицейским в районе, хулигана особенно не искали. Для проформы опросили соседей и на этом успокоились.

— Интересно, — протянул Тери. — Сегодня мы с Янирой прочитали любопытный документ. Профессор Гериж, гений биоэнергетики, три года назад выдвинул теорию, что мы имеем дело с направленными волнами неизвестной природы. Но заключение профессора старательно припрятали. Ты ничего о подобном не слышал?