Книга Любовь вне контракта, страница 60 – Tina Blad

— Кэсс... — когда я перешла на его икры, оборотень утёк из моих целительских лапок, резко откатившись в сторону и тяжело дыша. — Если продолжишь, то дело реально закончится консумацией...

— А если ты продолжишь столько ходить — то судорогами, — не впечатлилась я. Магия на кончиках пальцев гудела, требуя выхода, логичного завершения.

— Вот же... — выругался мужчина, когда я подползла к нему, и снова отполз сам, вжимаясь спиной в изголовье кровати. В его глазах вспыхнул зелёный огонь — яркий, хищный, настойчивый. — Кэсс, приближается полнолуние вообще-то, вспомни об инстинкте самосохранения!

— Меня сейчас ведёт другой инстинкт! — торжественно заявила я. Давно я не чувствовала такого прилива сил, такого жгучего желания исцелять, что всё остальное просто померкло.

— А чего я тебя отговариваю? — вдруг остановился мужчина, и в его голосе послышалось что-то, от чего по моей спине пробежал холодок. А после он и вовсе схватил меня в охапку, резко притянув к себе, и нашёл мои губы, в которые впился поцелуем — жадным, требовательным, звериным.

Моё сознание, практически ослеплённое целительскими мотивами, вмиг прояснилось, и я осознала произошедшую ситуацию, с недовольством поняв, что виновата в этом сама. А после и вообще перестала что-либо анализировать, потому что эмоции захлестнули с головой.

Его поцелуй стал звериным, требовательным, вынуждающим открыться ему навстречу. Я целовалась с Ником — человеком, но чувствовала животную страсть, когти, а не руки, мышцы, а не плоть. Его ладони сжимали мою талию с такой силой, что, казалось, ещё немного — и останутся синяки. Он рычал мне в губы, и этот низкий, вибрирующий звук отзывался во мне дрожью, заставляя гореть изнутри. Я запустила пальцы в его волосы, сжала их, притягивая его ближе, и услышала, как его дыхание сбилось окончательно.

Со стоном мужчина оторвался от меня, но из рук не выпустил. Его грудь тяжело вздымалась, по телу пробегала мелкая дрожь. Я видела, как под кожей перекатываются мышцы, как черты лица заострились, а скулы стали резче.

— У тебя пока есть время уйти, — выдавил он, а глаза его светились зелёным огнём, зрачки были вертикальными, как у зверя. В полумраке спальни он выглядел диким, опасным, но невероятно притягательным. Его пальцы всё ещё сжимали мою талию, не давая отстраниться, и этот жест был красноречивее любых слов.

У меня было всего пару мгновений для раздумий. Многое было за то, чтобы остаться — тело буквально кричало об этом, каждая клетка тянулась к нему, впитывая его жар и дрожь. Но вот разум... Он шептал, что это неправильно, что он предупреждал, что полнолуние уже близко и его зверь на грани.

— Тогда думаю, мне стоит этим воспользоваться, — прошептала я и мягко убрала его руки, чувствуя, как его пальцы сжимаются в последний раз, прежде чем отпустить. Он опустил глаза, и я увидела, как что-то болезненное мелькнуло в его взгляде. Все внутри скрутилось от разочарования, где-то под ложечкой заныло, захотелось хныкнуть, но я сдержалась. Лишь сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, оставляя алые полумесяцы. Это помогло прояснить голову — резкая боль отрезвила лучше любого холодного душа. Оглянувшись лишь на миг, я пулей вылетела из комнаты, а перед глазами всё ещё стояла зелень его глаз с расширенным вертикальным зрачком — хищным, голодным, таким чужим и таким родным одновременно.