Книга Замковый кризис-менеджер, страница 59 – Виктория Крафт

— Я умею танцевать, — оскорбилась Анна. — Просто не ожидала, что ты пригласишь меня.

— Я полон сюрпризов, — Торвальд протянул ей руку. — Ну же, Смирнова. Покажи, что ты не только мастерок в руках держать умеешь.

Анна секунду поколебалась, а потом вложила свою ладонь в его. Пальцы у дракона были горячими — даже через перчатку она чувствовала жар, исходящий от его кожи. Вот что значит — драконья кровь.

Они вышли в центр зала. Музыка сменилась — заиграла плавная, тягучая мелодия, и пары закружились по паркету. Торвальд положил руку на талию Анны, и она вдруг осознала, как близко он стоит. Слишком близко.

— Ты хоть раз в жизни танцевала? — поинтересовался он, ведя её в такт музыке.

— Танцевала, — ответила Анна. — На балу у лорда ван Дерра. С Мартой.

— С поварихой? — Торвальд издал короткий смешок. — О, это многое объясняет.

— Что именно?

— То, что ты танцуешь, как будто месишь раствор.

— А ты танцуешь, как будто пытаешься взлететь, — не осталась в долгу Анна. — Слишком резкие движения. Ты дракон или воробей?

Торвальд прищурился, но уголки его губ дрогнули.

— Острая на язык. Люблю таких.

— Ты это уже говорил.

— Потому что это правда.

Они сделали ещё несколько па, и Анна неожиданно поймала себя на том, что улыбается. Торвальд вёл уверенно, и, несмотря на все её подколы, танцевал он прекрасно. Она вдруг вспомнила их первую встречу, когда он вошёл в аудиторию и сел рядом с ней. Как они цапались на каждом занятии, как он разбил колбы, когда она прошла мимо. И как потом, после совместной работы, предложил научить её драконьим приёмам. Это было… мило? Нет, не мило. Торвальд не был милым. Он был вредным, высокомерным, невыносимым. Но что-то в нём изменилось. Или, может быть, изменилась она сама.

— О чём ты думаешь? — спросил Торвальд, наклоняясь чуть ближе.

— О том, что ты всё ещё стоишь у меня на пути, — мгновенно ответила Анна.

— А ты всё ещё не хочешь признать, что я тебе нравлюсь.

— Ты слишком много о себе воображаешь, дракон.

— А ты слишком мало о себе думаешь, Смирнова.

Она не нашлась, что ответить. Музыка закончилась, и они остановились посреди зала, глядя друг на друга. Вокруг аплодировали — не им, конечно, а музыкантам, — но Анна вдруг почувствовала себя так, будто они одни в целом мире.

— Может, ещё один танец? — спросил Торвальд.

— Может, хватит? — парировала Анна, но руку не убрала.

— Значит, ещё один.

И он снова повёл её в круг, и Анна, сама не зная почему, не сопротивлялась.

Ближе к полуночи, когда гости уже вдоволь натанцевались, наелись и напились (вампиры — своим вином, люди — травяными настойками), Лионелла взошла на небольшую сцену в центре главного зала и попросила внимания. Шум стих. Вампиры, эльфы, гномы, люди — все обернулись к ней.

— Дорогие гости! — начала Лионелла звонким, но чуть дрожащим от волнения голосом. — Сегодня особенный вечер. Не только потому, что мы празднуем возрождение Мортегар-холла. Но и потому, что мы хотим поблагодарить человека, который сделал это возможным. Вернее, не человека, а волшебницу.

Анна, стоявшая у колонны, чуть не поперхнулась травяным отваром. Волшебницу?

— Анна Смирнова, — продолжала Лионелла, ища её глазами, — пришла в наш замок полгода назад. Она увидела то, что другие видели веками: мрачные стены, холод, запустение. И она сказала: «Я сделаю это место домом». И она сделала. Вы все сегодня ходили по этим залам, вы видели лунный сад, усыпальницу, бар. Вы чувствовали этот уют. Всё это — её рук дело.