Онлайн книга «Оберег от нечистой силы»
|
Сами литеры решила сразу делать металлическими. Взялся за такую работу ювелир — дальний родственник тетки Арешки. Правда, пришлось мне помучиться, чтобы буквы зеркально отобразить. Но я справилась. Гласных заказала побольше, более употребляемых согласных тоже заказала много, и даже редкие буквы сделала по несколько штук. Пусть лучше останутся, чем не хватит. А еще я заказала литеры без букв — пробелы. Можно, конечно, было бы и без них обойтись, как и в старину, но так сложнее выкладывать текст и печатать. Слова могли подвинуться и смешаться. Да и привыкла я уже, что между словами пробел ставить надо. Печать я планировала делать прокатным способом. То есть укладываются на доску литеры, по ним прокатывается валик с чернилами, сверху кладется лист бумаги и прокатывается сухим валиком. Бумага с оттисками букв снимается и отправвляется на просушку. Легко и быстро. Чтобы напечатать тираж в сотню-другую экземпляров от набора букв и до выдачи листков мальчишкам, пройдет не больше нескольких часов. Правда, придется работать ночами, чтобы утром купцы получали самые свежие новости, но ведь это того стоит. Правда, пришлось переделать доски, подогнав размеры под литер, немного напортачила я с размерами. На стандартный лист у меня получилось шестьдесят знаков в строке и сорок строк. Еще одно изменение касалось размера самого прокатного стана. Газеты я решила печатать с двух сторон, поэтому типографский станок сделали из двух листов, на одном из которых в шапке намертво закрепленными, крупными буквами было набрано «Купеческий вестник» К возвращению дядьки Никамора все оборудование было готово к печати. И я нетерпением ждала, когда можно будет заработать на газетах. А купец задерживался. Зима в этом году выдалась студеная, холода стояли такие, что деревья трещали, лопаясь от мороза. Мы с теткой Арешкой, каждый вечер выходили на крылечко и вглядывались в темноту: едут не едут? Тетка Арешка сильно тревожилась, и невольно ее тревога передалась мне. Я уже не думала о бумаге, я уже просто ждала дядьку Никамора, который помог мне в трудную минуту и стал очень близок. Приехал он как водится поздно вечером, когда мы уже ложились спать. Я услышала шум во дворе и выглянула из спальни в одной ночной сорочке, и увидела только спину тетки Арешки, которая бежала к выходу, накинув шаль прямо поверх ночнушки. — Приехали! — крикнула она, не оборачиваясь, и шмыгнула носом, — приехали! Я подхватила свою шаль, огромную, если развернуть, то мне три раза с ног до головы обернуться хватит с моими-то габаритами, накинула на плечи, прикрывая спину, и помчалась вслед за теткой Арешкой. Она уже была на крыльце, обнимала огромного в своем толстом тулупе дядьку Никамора и ревела в голос. У меня тоже на глазах слезы выступили. Не пропали, не сгинули, вернулись… — Василиса, — тихий голос недомужа прозвучал как гром среди ясного неба, — Василисушка, родная, прости меня… Я резко повернулась туда, откуда шел голос, но поворачивалась почему-то медленно-медленно. Как будто бы мое собственное время ускорилось со страшной силой, отчего очень быстро заколотилось сердце, выскакивая из груди, а горячая волна промчалась по телу, согревая меня в такой мороз. Мне стало жарко, как в хорошо протопленной бане. |