Книга Оберег от нечистой силы, страница 102 – Алёна Цветкова

К дяьке Никанору вернулась я расстроенная. Да, Великомир не Летинск, где с первого дня за моей спиной святоша всеми почитаемый маячил. Здесь я была никто.

— Васька, — улыбалась тетка Арешка за ужином, — ты где ведь день пробегала-то? Даже на обед не вернулась?

И чувствовалась за этой улыбкой какая-то недосказанность, и дядька Никамор, как-то не так на меня смотрел. Я вздохнула. нельзя, чтобы недоверие между нами возникло. У меня на дружбу с дядькой Никанором большие планы появились. И как бы ни хотелось связь с оберегами летинскими и замужество за святошей скрыть, но куда деваться-то? Пора играть в открытую. Тем более помощь мне нужна. Без мужика за спиной, ничего у меня не получится. А из всех своих немногочисленных знакомых в столице, я сама только дядьке Никамору довериться и могу. И попросить, чтобы он в первое время поддержку мне оказал. Пока я репутацию зарабатываю.

— Дядька Никамор, — ковыряла я ложкой в каше, — поговорить бы надо, помощь мне твоя нужна, а я за нее с тобой по полной рассчитаюсь.

— Ежели ты что-то недоброе задумала, — прогудел дядька Никамор, — так я сразу не согласен. Ежели другое что, то подумать обещаю. Говори, Васька, чего хотела-то?

Говорила я долго. Рассказала, что правда вдова, которую прогнали со двора родители супруга с бесполезными на их взгляд оберегами, рассказала, как привезли меня в Летинск, как жила я там в работном доме, как уговорила святошу провести эксперимент в оберегами, рискнув собой, как открыла мусорный бизнес, лавку, швейную мастерскую, две мануфактуры и фирму совместную с главой… И как сбежала от недомужа из-за того, что он решил жениться на другой.

Дядька Никамор неопределенно хмыкал в особенно напряженные моменты, а тетка Арешка недоверчиво вздыхала и укоризненно качала головой.

— Вот так, дядька Никамор, — закончила я рассказ встречей с караваном, — а дальше ты знаешь. В столицу я приехала, чтобы начать жизнь сначала, но замужество в мои планы не входит. Я хочу открыть большую лавку, очень большую, продавать там товары со всего свете, скупая их у купцов. Но сегодня я обошла все рынки, и со мной никто не хочет разговаривать. Всем нужен мужчина, который стоит за моей спиной. Вот я и хотела предложить тебе, дядька Никамор, сделку. Ты временно побудешь этим мужчиной, пока все не привыкнут, что я сама веду дела. А я с тобой оберегами рассчитаюсь. Ты сможешь возить их по всем городам и продавать сам.

Этим я убивала сразу двух зайцев: получала мужчину, который будет моим, так сказать, щитом, и решала проблему продажи оберегов. Сама-то я их не могу продавать, Златослав сразу догадается, где я. И хотя он меня не ищет, я не хотела давать ему ни единой зацепочки. Да, все это выглядело несколько нелогично, но моя женщина утверждала, что так правильно, а я просто ничего не понимаю.

— Да-а, — задумчиво протянул дядька Никамор, — не ожидал… Слышал я о чудесах Летинских, мол, у святоши тамошнего баба шустрая, но вот что это ты, никогда бы и не подумал. Молода больно ты, Васька, для дел таких. Да, и, — помялся он, — сомневаюсь, что святоша тамошний на простой купчихе женился бы. Уж не врешь ли ты? А, Васька? — Впился он в меня взглядом.

— Не вру, — я вздохнула, — есть у меня грамотка боярская, отцу моему Великим князем пожалованная. Да, только, дядька Никамор, сам посуди, какая из меня боярыня? Ни этикету не знаю, ни вести себя не умею. Говорю громко, руками машу, чувства свои не скрываю, правду-матку прямо говорю, ежели делу это не вредит. Купчиха я. До мозга костей купчиха. Поэтому и ушла. Вторую-то жену недомуж мой из своего круга взять собрался. Ледю, — я постаралась сказать так, чтобы это не выглядело ругательством. Но судя по смешку дядьки Никамора и фырканью тетки Арешке мне это не удалось.