Книга Попаданка для герцога? 2, страница 54 – Алёна Цветкова

Но я решила не ехать. Фипп любит Эсту. Да и я уже привыкла к этой стране. И я не смогу бросить свои цеха… слишком много труда я в них вложила.

Граф уехал из поместья еще до вечера, не оставшись даже на ужин, который моя кухарка снова приготовила без единого кусочка мяса.

Неделя промчалась мимо, как скорый поезд. Дни промелькнули, сохранившись в памяти размытым пятном постоянных забот и изматывающей работы. Не думала я, что быть владельцем консервной фабрики гораздо тяжелее, чем кадровиком. Но теперь мой рабочий день длился с рассвета до заката, иногда прихватывая и ночь.

Зато к тому времени, когда слухи о начале войны достигли Крамсберга, мы уже запустили вторую линию, и производили по десять ведерных консервных банок в день. Чтобы возить все это добро в город пришлось купить коня и повозку и нанять работника, который постоянно курсировал между военным складом и поместьем.

Фипп снова уехал на фабрику к сэру Дебрику, «изобретать» штамповочный станок для жестяных крышек, все же удобнее там, где он потом и будет работать. Станок должен был получится слишком большим и тяжелым, чтобы его можно было потом перевезти.

Жести после запуска металлопрокатного станка стало больше. Нам с лихвой хватало закрыть потребность на весь объем производства.

А вот со стеклянными банками и резиной были проблемы. Из Эрсенберга пришли изготовленные по моему заказу банки. И это был полный крах. Каждая банка была уникальной. Они отличались объемами, шириной горлышка и размером бортиков, за которые будет крепиться крышка.

И пусть различия были незначительны и заметны только при тщательной сверке, но штампованные крышки к таким банкам не подходили, и не могли подойти. Я сломала голову, думая над проблемой. Вместо того, чтобы спать, ночи напролет вспоминала те тысячи банок, которые прошли через мои руки. Что же я упустила? Как же получалось так, что у нас все они были одинаковые до миллиметра? Эти вопросы кружили в моей голове, не давая ни покоя, не отдыха.

И вдруг я вспомнила, на каждой банке есть два тонких шва, которые делят ее ровно пополам. А значит банки не выдувают? Их половинки делают каким-то другим способом, а потом скрепляют вместе? Но почему половинки выходят настолько одинаковыми, что штампованные крышки подходят к каждой банке?

Результат моих умственных терзаний, пришел совершенно неожиданно. Я просто проснулась среди ночи, с четким понимаем, что нужно делать.

Не долго думая, тут же разбудила Парлу и отправила ее за конюхом, приказав немедленно запрягать лошадей, мне срочно надо было в Крамсберг, к Фиппу. У меня осталось слишком мало времени, чтобы ждать утра.

— Фипп, – я примчалась на фабрику и ворвалась в цеха, не обращая внимания на грязь вокруг, – я знаю, как надо делать стеклянные банки для консервирования! – заявила я прямо на глазах удивленных рабочих, – их надо выдувать в формы!

Да, вчера мне приснилась моя бывшая коллега. Она увлекалась садоводством и однажды вырастила квадратные яблоки. Просто вложила в формы маленькие яблочки и подождала, когда они вырастут. И по бокам яблок были точно такие же швы, как у банки. В том месте, где скреплялись половинки формы.

Фипп как раз что-то монтировал в будущем прессе и залез в нутро станка почти по пояс. Он что-то крутил с усилием отчего мышцы на его теле, облепленном грязной и потной рубахой, энергично двигались. Услышав мой голос, Фипп замер. Медленно вылез из станка и уставился на меня непривычно растрепанный, с грязной полосой на щеке и прилипшей ко лбу челкой.