Книга Правдивая история Мэра Сью - 2, страница 55 – Алёна Цветкова

— Во поэтому, Дятел, ты Дятел, - фыркнул Горец, - глупая птица. Долдонишь, что ни попадя. Мэр Сью, - повернулся он ко мне, - давайте уже заканчивать. А то народ, - он кивнул на толпу, про которую мы забыли, - уже волнуется. Они же не на нас пришли смотреть, а на речера Фреша. А этот дурак пусть уходит, - мотнул головой в сторону Вирши, - все равно его сегодня же наши на лоскуты порвут за помойки на улицах. Я бы на твоем месте, Вирша, сейчас сам с веником бы вышел, чтоб все видели, как я стараюсь чистоту в городе навести. Глядишь народ проникнется...

— Ты не на моем месте, - буркнул Вирша, тем не менее поглядывая на окружавших его людей насторожено.

— Ты прав, Горец, - улыбнулась я. - Давайте освободим сцену, а то Флеша нас сейчас вместе с Виршей растерзает. Вон как злится...

Флеша и вправду сердито хмурила брови, глядя на меня из-за шторы, заменявшей кулисы. Ох, чую, это было мое последнее выступление перед концертом речера Фреша. Теперь верная жена костьми ляжет, но не позволит мне испортить выступление любимого мужа. Народ-то без привычных зрелищ загрустил... Вон парочка аристократов уже ушла, освободив стулья. Да и, вообще, толпа зрителей поредела. Слишком долго мы устраивали разборки, им стало скучно...

Мы спустились со сцены, на которую тут же выпорхнули раскрашенный в тысячу ярких цветов речер Фреш и банда Черных.

Вирша мгновенно исчез из вида, окружив себя парой своих верных друзей, тех самых, которые участвовали в нападении на меня в тот памятный день, когда все изменилось...

— Мэр Сью, - Горец преградил мне дорогу, - позвольте проводить вас... на всякий случай, - смутился он, слегка порозовев.

Это было так странно, что я рассмеялась. Давно не видела, как мужчины краснеют. Тем более такие... Все же быть предводителем местной банды, это не фунт изюма.

— О! - завопил радостно Дятел, - а наш Горец на мэра Сью запал!

— Заткнись! - рявкнул кто-то, и Дятел сдавленно хекнул. Вероятно, опять получил в бочину, за длинный язык.

От провожатого я отказалась. Не хотела давать парню ложные надежды. Мое сердце все еще было занято другим...

Утром на подоконнике открытого окна я увидела букет: несколько тоненьких стебельков горной полыни, перевязанные темно-синей лентой. Невольно улыбнулась. Как ни крути, а получать маленькие знаки внимания очень приятно. Тем более, что материальная ценность полыни так близко к нулю, что даже самый упорный ханжа не сможет найти ни единой зацепки для недовольства.

Я сунула полынь от Горца в стакан с водой и помчалась на работу. После того, как я перестала работать в архиве, большую часть дня проводила на фабрике. Оказалось, что там полным-полно работы, которую раньше делал Хараш. И впахивать мне приходилось ого-го сколько.

Но и то как двигались дела, внушало радость. Производственный цикл у нас был налажен, и мы сейчас по сути дела занималась благоустройством: строили дороги, разбивали клумбы, сажали аллеи и устраивали комнаты отдыха. Наша фабрика становилась не просто промышленным предприятием, но и практически еще одним парком. Только без каруселей. Мы даже прудик выкопали вдоль дороги. Там, где было небольшое болотце, и убили сразу двух зайцев: собрали воду, которая теперь не размывала дорогу, и создали отличное место для отдыха. Я решила, что на следующий год, если мне не придется бежать из города, построю рядом еще какую-нибудь фабрику, а возле пруда устрою небольшой фабричный парк, чтобы народ смог отдохнуть во время обеда.