Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 257 – Алёна Цветкова

А вдруг это и есть тот самый проклятый гвоздь, за который зацепилось платье служанки?

Утро вечера мудренее... Эта поговорка из мира Елены Анатольевны, лучше всего объясняло то, что случилось.

Ошеломленная сказочной ночью с мужем, я так и заснула в его объятиях. Но утром все изменилось. Меня разбудил чувствительный тычок под ребра и яростный рык:

— Что ты здесь делаешь?

Я открыла глаза. Адрей смотрел на меня с привычной злобой ненавистью. Стало ясно, ничего не изменилось, а я не загадочная Исса, с которой мой муж становился другим человеком. Я даже не стала отвечать, просто откатилась подальше, на свою половину кровати и закрыла глаза. Прошло не больше пары часов, как я заснула. И спать мне хотелось гораздо больше, чем устраивать разборки. Но кто бы мне позволил.

— Что разлеглась?! — Адрей шипел, как рассерженный гусь, — вставай! Иди приготовь мне завтрак, жена, — из его уст это прозвучало, как самое страшное ругательство.

Да, вчера я была права, этот негодяй решил, что ему удалось «перевоспитать» меня. И теперь он снова надеется на мою покорность и беспрекословное послушание.

— Отвали, — буркнула я, тем не менее вставая с постели.

Мне надо было срочно выпить противозачаточный отвар. И, вообще, как я могла засомневаться?! Надо было сделать это сразу, а не млеть от ласки, предназначенной совсем для другой женщины. А я, как полная дура, стала думать, что все не так плохо... Я усмехнулась про себя. Неужели я так сильно соскучилась по простой человеческой любви и ласке, что готова была простить Адрея после одной ночи?! Спросила и сама же ответила... Да, именно так и соскучилась... Гирем за все эти годы, так и не появился в Яснограде. А других любовников я не заводила. Это было слишком рискованно. И потом, никто из мужчин не вызывал во мне никаких чувств. А я не баронесса Шерши и не могу спать с мужчиной только потому, что он красивый мужик.

В этом году мне исполнилось тридцать, а у меня ни семьи, ни своих детей... Я вдруг так остро почувствовала свое одиночество... Да, у меня есть Анни и Лушка, и я их очень сильно люблю. Но прямо сейчас мне так отчаянно захотелось простого женского счастья рядом с любимым мужчиной, что на глаза навернулись слезы. Я всхлипнула и прикусила губу.

Все это будет, прошептала про себя, стараясь быть как можно убедительнее. Только чуть позже... Когда мой брат сядет на трон. Убеждала и сама себе не верила... Мне уже тридцать! А сколько будет, когда все закончится?! Сорок?! Пятьдесят?!

Тоска по той жизни, которой у меня никогда не будет, стала невыносимой. Слезы сами хлынули из глаз, пряча весь мир за полупрозрачной пеленой, искажающей все вокруг. Чтобы Адре не увидел и не стал насмехаться над моей слабостью, я схватила подушку и прижала ее к своем лицу. Я пыталась сдержаться но не могла. Рыдания прорывались сами, мои плечи вздрагивали против воли, я кричала в подушку, выплескивая скопившуюся боль...

— Да, ладно, — Адрей нахмурился и отошел от кровати. — Я сам прикажу принести нам завтрак... Тебе как обычно кашу и взвар с булочками?

И я кивнула, не поворачиваясь и не меняя позы. Что угодно, лишь бы он ушел поскорее и оставил меня одну. Я пока не была готова перестать плакать. Хлопнула дверь и я плашмя повалилась на кровать, давая волю слезам.