Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 205 – Алёна Цветкова

Внезапно герцогиня Борей открыла глаза. Она не обратила внимания на что-то требовательно вопрошающего у нее супруга, ни на служанку, с кружкой лекарства в руках... Она смотрела прямо на меня. Не мигая.

— Помните, — громко и четко произнесла она, — вы принесли клятву, что исполните мою просьбу. Богиня не прощает клятвопреступников. И если не хотите закончить как я...

Она не договорила. Ее стала бить крупная дрожь. Изо рта пошла пена. И через несколько минут герцогиня Бокрей скончалась на руках своего супруга...

— Все, — выдохнул Третий советник, выпрямляясь над женой, и холодно и равнодушно приказал испуганно замершей служанке, — позовите моего поверенного. Надо зафиксировать смерть ее светлости герцогини Бокрей.

Служанка, не обращая внимания на слезы бегущие из глаз, тряхнула головой и мгновенно исчезла, забыв кружку с отваром на столике рядом с диваном. Как только за ней захлопнулась дверь, Третий советник сник... Он присел на край дивана рядом с умершей и взял жену за руку... Он смотрел на ее бледный лик, молчал, и как будто бы совсем забыл, что я все еще стою в комнате.

— Абрита, — его тусклый голос прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула. Странное онемение наконец-то оставило меня, и я сделала шаг назад, готовясь сбежать. Я просто так не сдамся. Не позволю Третьему советнику победить так легко. Если надо будет, буду драться голыми руками. — Мне очень жаль, что вы видели все это... Моя жена, — он судорожно вздохнул, — в последнее время стала совсем плоха...

Он, не вставая, потянулся к кружке с отваром и сделал большой глоток.

— Хотите? Этот отвар и, правда, очень хорошо успокаивает нервы. Думаю, сейчас он всем нам не помешает...

— Нет, спасибо, — разлепила я губы и снова шагнула назад, упираясь спиной в дверь покоев герцогини. И выпалила резко, — я не собираюсь пить гадость, которая подавляет волю!

Третий советник выпустил руку жены, прикрыл глаза ладонью и сухо рассмеялся.

— Это вам Саирла рассказала? — задал он риторический вопрос, — моя жена была не в себе, Абрита. Уж это вы должны были заметить. И все время несла разную чушь... Ей всегда казалось, что я что-то скрываю от нее, пою какими-то травами, — он запнулся, — вы знаете, ведь моя жена... когда-то именно она была наследницей Ургородских матерей. Но потом ваша мать решила, что этот титул подходит ей гораздо больше. Но, клянусь вам, тогда я ничего не знал об этом. Я был просто без ума от невесты короля. Видели бы вы, какая она была... Она шла по залу с кроткой улыбкой, изображая свою сестру, но в ее глазах сверкали искры задора и непокорности настоящей ургородской матери. Ее походка была похожа на танец, а тело, облаченное в скромные серые одежды, казалось потеряло свободу в этих ужасных тряпках. Мне так хотелось сорвать их, чтобы выпустить на волю. Я сразу увидел, что она совсем не такая тихоня, как говорила Великая Мать, представляя его высочеству будущую королеву. Я видел, что она похожа на меня. Она такая же сильная, своевольная и готова идти к своей цели не сворачивая, и рисковать всем, не считаясь с потерями. Когда я узнал правду, было уже поздно что-то менять. Но, клянусь, я никогда не стал бы силой принуждать ее к замужеству. Она была согласна стать моей женой. Она любила меня так же, как я ее... Она единственная любила меня таким, какой я был на самом деле... Я никогда не скрывал от нее своих настоящих целей. Она знала о том, что наш ребенок станет рано или поздно станет королем Грилории, и ей это нравилось. И я любил ее... Всегда... Даже когда она сошла с ума...