Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 2 – Алёна Цветкова

Когда церемония закончилась, и барон Пирр сделал шаг вперед, приглашая нас следовать за ним, граф Шеррес неожиданно рванул к нам, склонился надо мной и прошептал вместо слов соболезнования:

— Я не знаю, кто вы на самом деле, но вы точно не ее светлость Абрита Форент. И поверьте, я приложу все силы, чтобы вывести вас на чистую воду. Даже не надейтесь, что вы останетесь здесь надолго...

Я прикрыла глаза, улыбнулась, делая вид, что его угрозы ничего не значат, и собиралась ответить какой-нибудь дежурной фразой, но меня опередил барон Пирр:

— Ваше сиятельство, — нахмурился он, — я не потерплю подобных высказываний. Вы не верите личной прислуге герцогини, которая ее опознала. Вас не убедило наличие у ее светлости фамильных драгоценностей Форентов, которые она сохранила в годы скитаний. Вы даже не хотите замечать, что в девочке, которая стоит рядом с матерью, в полной мере проявились фамильные черты рода. Вы игнорируете официальную депешу короля Грилории, в которой он признал, что все это время герцогиня Форент находилась в Яснограде под присмотром Ургородских Матерей. И я даже готов простить вам это.

С каждой фразой он повышал голос. И сейчас его слова звучали так громко, что все, кто находились в холле, услышали каждое слово.

Барон закончил почти торжественно:

— Но вы забываете, что сомневаясь в происхождении герцогини Форент, вы ставите под сомнение слова нашего императора! Вам известно, что вчера от его императорского величества пришло письмо, в котором он выражает радость по поводу возвращения ее светлости. Сам император уверен, что именно Абрита Форент сегодня почтила нас своим присутствием.

Я понимала, это говорилось для всех, а не только для графа Шерреса. И невольно восхитилась то ли предусмотрительностью барона, просчитавшего поступок своего товарища и подготовившего такую речь, то ли способностью перевернуть в свою пользу любую случайность. Теперь никто и никогда не скажет ни слова против меня, даже если у него будут сомнения по поводу моей личности.

— Прошу прощения, ваша светлость, — поклонился граф, — я слишком расстроен смертью вашего отца... ваш отец был очень хорошим человеком, и я искренне уважал его...

Мне осталось только кивнуть. К словам барона Пирра просто нечего было добавить.

— Ваша светлость, — улыбнулся он, наслаждаясь победой над графом, — я провожу вас в ваши покои. Сожалею, мы заменили всю прислугу, поэтому вы не найдете в посольстве ни одного знакомого лица. Но вы всегда можете обратиться за помощью ко мне. Ваш отец доверял мне, и я надеюсь, мы с вами тоже сумеем построить доверительные отношения.

Выбора у меня не было. Я положила ладонь на подставленную руку и, схватив ладошку Анни, шагнула вперед. Но тут дочь резким рывком вырвалась из моих рук и, догнав графа Шерреса, схватила его за подол камзола. Я кинулась за ней.

— А вы знаете, — спросила она, когда тот опустил взгляд, — что облака на самом деле не белые, а разноцветные? А если кто-то это не видит, то он просто слепой.

Граф вздрогнул. Я увидела, как судорожно дернулся его кадык, а в глазах что-то мелькнуло. Он заметно побледнел и сделал шаг назад. Это было так странно, что я невольно встревожилась и рывком задвинула Анни за спину.

— Ч-что вы сказали? — выдохнул он ошеломленно.