Книга Грозовой аудит: чипсы, мазь и два меча, страница 73 – Алиса Миро

Лиза, подливая мне чай, начала свой ежедневный доклад (моя личная служба новостей). — Миледи, в казармах тихо. Горцы вчера пытались петь песни после отбоя, но Маркус вышел и сказал, что будет петь с ними. — И что? — Они замолчали. Говорят, у лейтенанта слуха нет совсем, страшно слушать. Я улыбнулась. Маркус — гений психологической войны. — Что еще? — Мурз, — Лиза понизила голос. — Он сегодня... активный. Утром поймал ворону, которая залетела в форточку. Съел вместе с перьями. Дора говорит, он растет. Листья стали фиолетовыми-фиолетовыми, аж светятся. — Хорошо. Пусть ест ворон. Меньше мусора. — И еще... — Лиза замялась. — Ян просил передать. Он просит бумагу. Много бумаги. И уголь. — Выдай ему запасы из библиотеки. Пусть пишет.

Яра доела мясо, вытерла нож о штанину (я поморщилась, но промолчала — перевоспитание требует времени) и откинулась на спинку стула. — Ну что, Хозяйка? — спросила она лениво. — Я поела, ты поела. Мы идем убивать? Или опять пыль глотать? — Сегодня мы идем шпионить, — сказала я, допивая чай. — Мы идем в мой кабинет. Будем включать «Око Шторма». — Шар? — глаза Яры загорелись. — Тот, что показывает невидимое? — Тот, что показывает всё. Если я не сгорю от перенапряжения, пытаясь его запустить.

Я встала из-за стола. Сытая. Гибкая после йоги. Одетая в удобное платье цвета грозового неба. — Лиза, — бросила я на ходу. — На обед — суп с клецками. И скажи Герте, чтобы Яре положила двойную порцию. Волкам нужно расти. Яра довольно рыкнула. Мой кабинет был самым защищенным местом в замке (после тайной комнаты, конечно). Я заперла дверь на засов. — Никого не впускать, — сказала я Яре. — Даже если будут кричать, что замок горит. — А если он правда горит? — уточнила Яра, придвигая тяжелое кресло к двери, чтобы заблокировать вход. — Тогда выносишь меня. Сама я, скорее всего, идти не смогу. Эта штука пьет силы как вампир.

Я подошла к столу. Я расчистила центр, сдвинув стопки отчетов и чернильницу. Достала из бархатного мешка Шар. «Око Шторма». Стеклянная сфера размером с человеческую голову. Внутри нее, в отличие от дешевых гадальных шаров, не было прозрачности. Там клубился густой, молочно-белый туман, который медленно вращался против часовой стрелки.

Сфера была ледяной. Даже сквозь ткань мешка я чувствовала холод. — Выглядит как глаз мертвеца, — прокомментировала Яра, стоя у меня за плечом. Она держала руку на кинжале, словно собиралась зарезать шар, если тот дернется.

— Это инструмент, Яра. Как подзорная труба. Только видит дальше.

Я села в кресло. Глубоко вздохнула. Нащупала на шее кулон-аккумулятор. Он был теплым, полным энергии. Ещё бы! Я заряжала его два дня, медитируя у камина. — Не подходи близко, — предупредила я. — Может ударить статикой. Яра послушно сделала шаг назад, но глаз не отвела.

Я положила обе руки на шар. Холод обжег ладони. Контакт.

Я закрыла глаза и мысленно потянулась к кулону. Представила, как открываю шлюз плотины. Поток тепла хлынул из кристалла на шее, прошел по плечам, по рукам — и ударил в стекло. ВЗЗЗЗ-УМММ. Звук был не слышимым, а ощущаемым. Низкая вибрация, от которой задрожали зубы. Волосы на моих руках встали дыбом. В комнате запахло озоном, как перед грозой.

— Хозяйка! — встревоженно окликнула Яра. — Оно светится!