Книга Грозовой аудит: чипсы, мазь и два меча, страница 39 – Алиса Миро

Утром я выпила две чашки кофе, черных как деготь, и собрала все ключи. Получилась увесистая связка. Холодное железо оттягивало пояс моего платья. Я чувствовала себя тюремщиком, который строит камеру люкс-класса. — Эльза, Лиза, за мной, — скомандовала я, надевая белые перчатки. — Мы идем в Восточную Башню.

Восточная Башня считалась «гостевой», но по факту там жили пауки и сквозняки. Последние лет двадцать туда заходили только чтобы проверить, не обвалилась ли крыша. Теперь это место должно было стать резиденцией Графа де Валленберга.

Мы поднялись по винтовой лестнице. Ступени были чисто выметены (Маркус гонял солдат с вениками всю ночь), но камень все равно дышал холодом. — Вот здесь, — я остановилась перед дубовой дверью на третьем этаже. — Повесить гобелен. Тот, с охотой на оленя. Он закроет пятно плесени и добавит... мужественности. Мы вошли внутрь.

Комната была просторной. Окно — узкое, стрельчатое — выходило на долину. Вид отсюда открывался на миллион: заснеженные пики, лента реки внизу и, если присмотреться, крошечные фигурки на нашей стройке Дороги. — Стратегический вид, — одобрила я. — Пусть видит, что мы не спим. Но главное — это интерьер. Я подошла к кровати. Это был монстр мебельного искусства. Огромная, резная, из темного дерева, с балдахином, который, казалось, видел еще основание Империи. — Матрас, — скомандовала я. Солдаты внесли новый тюфяк. Я лично проконтролировала его набивку. Гусиный пух, смешанный с сушеной лавандой и чабрецом. Никакой соломы. Я нажала рукой на перину. Она подалась мягко, упруго, обнимая ладонь. — Идеально. Я повернулась к Лизе. — Белье. Лиза, благоговейно дыша, развернула простыни. Тончайший лен. Отбеленный на снегу. Мы гладили его тяжелыми утюгами с углями, прокладывая ткань лепестками роз. — Застилай. Ни одной складки. Натяни так, чтобы монета отскочила.

Пока девушки возились с постелью, превращая ложе в облако, я подошла к камину. Тяга была хорошей. Но мне нужно было больше. Я достала из кармана мешочек с сосновыми шишками, пропитанными воском и маслом кедра. — Это для растопки. Когда Граф войдет, здесь должно пахнуть не гарью, а благородным деревом. Положите корзину с шишками прямо у решетки.

Я ходила по комнате, касаясь поверхностей. Стол. Полированный орех. Кресло. Бархатная обивка (мы перетянули старое кресло, пожертвовав старинными шторами). На столике — графин с водой и стакан тонкого стекла (работа Яна). Всё должно кричать: «Мы цивилизованные люди. Мы ценим комфорт. Нас не надо сжигать». — Миледи, — робко позвала Эльза. — А шторы? Я посмотрела на окно. Сквозь щели в раме свистел тонкий, злой ветерок. — Вешаем двойные. Сначала сукно, потом бархат. И положите на подоконник валики с песком, обшитые шелком. Сквозняк — наш враг. Если у Инспектора продует шею, он будет злым. А злой инспектор — это штраф.

Закончив с «Люксом», я отправила девушек на кухню, а сама пошла инспектировать «Черные Зоны». Замок был огромен. И, как любой старый организм, он имел свои болезни и тайны. Я шла по длинному коридору второго этажа, ведущему в Северное крыло. Здесь было тихо. Мои шаги в мягких туфлях тонули в ковровых дорожках. Вот она. Дверь в старую библиотеку, где я устроила склад реактивов. Зона особого режима. Я достала ключ. Новый, сложный, с тремя бородками. Вставила в скважину. Повернула. Клик-клак. Мягкий, маслянистый звук хорошо смазанного механизма. Берт постарался на славу. Я дернула ручку. Заперто намертво. — Отлично.