Книга Грозовой аудит: чипсы, мазь и два меча, страница 16 – Алиса Миро

Она достала из кармана ленту. Бархатную, темно-синюю, шириной в палец.

— Если продеть его через бархат, будет выглядеть как колье. А не как амулет шамана.

Я посмотрела на неё с уважением.

— Ты права. Кожаный шнурок — это для полевых условий. Для кабинета нужен бархат.

— И еще, миледи... — Марта понизила голос, словно собиралась выдать государственную тайну. — Я видела Лизу. Она крутилась возле вашей гардеробной. Нюхала ваш халат, шелковый.

Я напряглась.

— Она что-то взяла?

— Нет. Она просто... гладила его.

Я задумалась. Лиза. Воровка, которая любит красивые вещи больше, чем честность.

— Спасибо, Марта. Я разберусь.

Когда швея начала затягивать шнуровку на моей спине (новое платье село как вторая кожа, выпрямляя осанку и превращая меня в статую Командора, только женского пола), в голове созрел еще один пункт плана. Лиза не должна воровать. Лиза должна продавать. Ее жадность до красивого, её желание касаться шелка и бархата... Это же готовый профиль продавца-консультанта. Или модели.

Если я надену на Лизу красивое платье, дам в руки поднос с моими баночками и отправлю к женам офицеров... она продаст им снег зимой, лишь бы самой остаться в этом мире роскоши.

— Туже, Марта, — скомандовала я, глядя в зеркало на свой новый силуэт. — Затяни талию еще на дюйм. Сегодня я должна выглядеть безупречно. Вечером у нас совещание штаба.

И я собираюсь представить офицерам смету. Марта ушла, оставив меня наедине с зеркалом и мыслями.

Я рассматривала свое отражение в новом платье. Глубокий синий цвет делал глаза ярче, а серебряная отделка добавляла строгости. Я выглядела как хозяйка положения. Но любой руководитель знает: король — это свита. И в моей свите была проблема. Проблему звали Лиза.

Я села в кресло, постукивая пальцами по полированному подлокотнику. Лиза. Девка с бедрами, которые она не умеет прятать, и глазами, которые рыскают по комнате в поисках того, что плохо лежит. Я помнила нашу первую встречу. Она пыталась стянуть кольцо с моего пальца, пока я валялась в беспамятстве. Обычная мародерка. Но хуже было другое. Я помнила, как неделю назад она крутилась возле Виктора.

Это было жалкое и одновременно наглое зрелище. Она принесла ему кувшин с водой, когда он был у меня в кабинете. Специально расстегнула две верхние пуговицы на блузке. Наклонилась ниже, чем требовал этикет, выставляя напоказ молочную, веснушчатую грудь. Она смотрела на него как голодная кошка на кусок мяса. Она видела в нем не мужчину, не воина, а «счастливый билет». Способ выбраться из грязи, стать Леди, носить шелка. Виктор тогда даже не поднял глаз от карты. Он просто буркнул: «Поставь и уйди», не заметив ни декольте, ни томного взгляда. Для него она была мебелью. Лиза вышла красная, злая, с поджатыми губами. Другая на моем месте выгнала бы её взашей. Ревность? Нет. Брезгливость. Но я — кризис-менеджер. Я не выбрасываю инструменты, даже если они ржавые. Лиза жадная. Лиза беспринципная. Лиза хочет красивой жизни до дрожи в коленях.

Честные люди плохие продавцы. Они стесняются называть цену. Они думают: «А не дорого ли?». Лиза не будет стесняться. Ей плевать на мораль, ей важен результат. Мне просто нужен поводок. Жесткий. Короткий. Неснимаемый.

Я позвонила в колокольчик. Лиза появилась быстро