Книга Пропавшая истинная, страница 54 – Лана Нежная

— Егор? — выходит как-то очень сипло, тихо.

— Катюш, скажи… — он реально весь дрожит от перенапряжения, я чувствую это каждой клеткой своего тела, его кожа горит. — Скажи, что ты тоже хочешь. Что я не сошёл с ума…

Кажется, врать сейчас бессмысленно. Моё тело тоже начинает потряхивать. От перенапряжения, от ожидания, от этой невидимой связи, которая наконец-то соединила нас.

— Я больше не могу это терпеть… — смотрю ему в глаза, скольжу руками по его груди, чувствую, как бешено бьётся его сердце. Двигаю бёдрами так, что упираюсь промежностью прямо в него, задеваю самые чувствительные точки. — Ммм… — вырывается у меня протяжный, не свойственный мне стон. Я даже не узнаю свой голос.

Руки Егора начинают двигаться по моему телу. Каждое прикосновение — разряд. Каждое вызывает вспышку внутри. Он смотрит так, как будто готов меня съесть, не оставляя ни кусочка.

Он поднимается, подхватывает меня на руки, как пушинку, и укладывает на кровать. Точно. Мы же были на полу…

Дальше мозг отключился. Совсем. Было только тело. Только ощущения. Губы, язык, руки — везде. Его рот на моей шее, на ключицах, на груди. Мои руки в его волосах, на его плечах, спине, ягодицах. Кажется, я царапалась, оставляя следы. Тело просто трясло от переизбытка напряжения. Мне кажется, я вся гудела, как трансформаторная будка. Каждое нервное окончание кричало. Я никогда… Я вообще не знала, что так бывает. У меня никого не было. Ни желания, ни времени, ни сил. Болезнь забрала всё. Но сейчас… Сейчас тело вспомнило, для чего оно создано. Оно знало, что делать, даже если разум не понимал. Наша связь вела нас.

И когда я почувствовала его тяжёлое тело сверху и ощутила давление между ног, я просто толкнулась сама вперёд. Ему навстречу.

— Моя, — прорычал Егор где-то у меня над ухом. Голос звериный, низкий, от него у меня перехватило дыхание. А потом замер. Напрягся до предела, его мышцы стали как стальные канаты. — Катюш? — в его голосе прорезается тревога, он приподнимается, смотрит в глаза. Он чувствует запах. Он знает, что я… что меня никто не касался. Что я ему досталась такой… неопытной.

— Егор, пожалуйста… — внутри всё просто ныло, тянулось к нему, требуя продолжения. Слёз не было, только чистая, кричащая потребность. — Пожалуйста, не останавливайся.

И он слушается. Двигается. Тяжело дышит мне в шею, целует, кусает, лижет, стирая границы между нами. — Моя девочка… Моя луна, моя жизнь… Только моя.

И я готова подтвердить каждое его слово. Его. Только его. Навсегда.

То, что накалило тело до предела, завершается какой-то невероятной, ослепительной разрядкой. Тело дрожит, судороги проходят волнами, отнимая силы, выжигая всё, что было до этого. Меня просто как будто разрывает на миллион кусочков, а потом его сильные руки собирают меня обратно. Мне кажется, я почти теряю сознание от избытка ощущений. Это было как рождение заново. Как если бы я впервые за тридцать лет по-настоящему вдохнула полной грудью.

— Катюша? — слышу голос Егора. Он укладывает меня к себе на грудь, прижимает к себе, поправляет влажные волосы, слипшиеся на моём лбу. — Луна моя… Как ты? Где-то болит?

— Ммм… — мычу в ответ, уткнувшись ему в ключицу. У меня просто нет сил. Даже пальцы не двигаются. Кожа горит, внутри разливается тёплое, густое спокойствие.