Книга Тайна Верховной жрицы, страница 59 – Виктория Виноградова

Савениец тяжело вздохнул, заново переживая потерю. За те пять лет ресторан стал для него родным домом, а служащие — той семьей, которой у Рурыка никогда не было. И пожар оказался по-настоящему сильным ударом.

— Тогда я окончательно понял, что в этом мире нельзя жить по законам, — продолжил рассказчик, — Либо ты честный и бедный, либо плюешь на все правила и живешь в свое удовольствие. Да и знаешь… вся эта мораль о том, что надо быть добрым, отзывчивым… Все это чушь для нищих простофиль. Рабская философия. Если ты хочешь чего-то добиться в этой жизни — заткни свою совесть и действуй с выгодой для себя! В конце концов, какая разница, что о тебе будут думать другие? Какой тебе прок от их любви и благодарности? Ответная помощь? Да мне, может, никогда и не понадобится их помощь. А вот если жить без оглядки на общество и мораль…

Рурык замолчал, вспомнив сгоревший ресторан. Поваров и официантов, ставших за пять лет как одна семья. Как их пришлось распускать, обещая, что в скором времени Рурык восстановит ресторан и зная, что не сделает этого.

Вместо восстановления он получил письмо от матери. Та умирала и хотела видеть сына.

Перед смертью матушка призналась о том, что ее предки не просто переехали из Иривии, но и в их жилах текла кровь древней расы денов. Расы загадочной и некогда могущественной, умеющей обращаться с магией.

По рассказам родительницы Рурык помнил, что о денейской крови лучше помалкивать. Равно как о семейной реликвии, передающейся по наследству — толстом фолианте, скрывающем местоположение иривийских сокровищ. Вероятно, сокровищ, которые когда-то давно припрятали дены. Это родило весьма нехитрый план: отправиться в Иривию за сокровищами предков, а на полученные деньги купить замок, землю и графский титул. Рурык не был охвачен жаждой мести, желанием утереть нос обидчикам. Все, что ему хотелось — заниматься любимым делом и не переживать, что однажды это отберут.

Мошенник взглянул на девушку — та спала, уткнувшись носиком в подушку.

Савениец отнес Элику на кровать и укрыл одеялом, а сам вернулся в гамак и на какое-то время погрузился в болезненные воспоминания, пока сам себя не отчитал за упадничество.

«Ну-ка, выкидываем все дурные мысли! — строго произнес Рурык. — Завтра важный день!»

По такому случаю он вновь вспомнил о матушкином ритуале, решив, что будет не лишним заручиться поддержкой здешних мест. Присел на землю, приложив руки к почве, пробежал внутренним взором по телу, проверяя, чтобы каждая мышца была расслабленной. А затем принялся мысленно просить у Иривии помощи. Чтобы завтрашняя афера обязательно прошла успешно, чтобы он получил огромную сумму денег и порадовался ей, чтобы нашел способ как попасть в библиотеку столичного Собора.

Неожиданно мошенник почувствовал под ладонями какое-то тепло. Незнакомое, будто бы пробегающее под землей. Словно где-то в недрах бил горячий источник, прогревающий слои почвы.

Длилось это буквально несколько секунд и вдруг вновь все стихло.

Решив, что произошедшее стало порождением уставшего ума, Рурык закончил ритуал словами благодарности в адрес Иривии и лег спать. Завтра и впрямь был весьма важный день, от которого зависела дальнейшая судьба.

Есть дома, в которые заходишь и уходить не хочется — до того уютно. Есть, наоборот, неприятные, унылые, холодные, из которых так бы и сбежал. Особняк мадам Помполь Тьюри относился к третьему типу — дом-музей: и сбегать не хочется, но и жить невозможно.