Книга Тайна Верховной жрицы, страница 54 – Виктория Виноградова

Рурык приосанился:

— Я — известный во всем мире ученый-изобретатель Дальпир Кузенкевич-Эржанский. Только что прибыл…

Но секретарша не дослушала:

— Положите статью! Возможно, опубликуем! — и умчалась, крича на ходу: «Кто видел курьера?»

Рурыка такое пренебрежение крайне оскорбило. Он, гениальный ученый и бесстрашный путешественник, снизошел до того, чтобы лично прийти в редакцию, подарить сенсационную статью, а в ответ — хамство!

Оскорбленный в лучших чувствах, аферист направился к конкурентам — в «Герденовский правдоруб».

Вторая редакция встретила изобретателя пугающей тишиной. Ни секретарш, ни журналистов, ни корректоров… Никого. Лишь в кабинете главного редактора за пустым столом сидел унылый мужчина в дешевом потертом пиджаке и пил.

По перегару и скопившейся на полу грязи стало ясно, что запой продолжался вторую неделю. Начальник прибывал в том состоянии, когда ему не то, что на телепорт, на собственную жизнь было решительно наплевать.

И все-таки Рурык не ушел. Вместо этого взял стул и подсел к редактору:

— По какому поводу сей праздник души? — участливо спросил гость.

Начальник поднял мутноватый взор и, сведя брови к переносице, попытался сфокусироваться на говорящем.

— Вы кто? — изо рта вырвался сдавленный хрип.

— Ваш билет в счастливую жизнь, — пафосно изрек Рурык, но поняв, что в таком состоянии редактор не оценит метафоры, перешел на деловой тон. — Что случилось с редакцией? Где все?

— Предатели! — с отвращением махнул начальник. — Все предатели! Бросили меня. Сволочи!

На этих словах редактор приложился к початой бутылке и залпом отпил добрую четверть.

— Так все-таки, что произошло?

Пьяница тяжело вздохнул:

— Не покупают. Понимаешь? Не берут! Я уже не знаю, что делать. Работаешь, работаешь, а не берут!

Как выяснилось, вот уже который месяц тиражи «Герденовского правдоруба» стремительно падали. По какой-то причине горожане упорно отдавали предпочтение «Правде Гердены».

— И вот что им не нравится — не пойму, — жаловался редактор. — То же самое пишем, а не берут.

Положение выходило удручающее: в первой газете Рурык не нужен, вторая газета сама никому не нужна.

Аферист с сомнением посмотрел на начальника. Возвращаться в офис успешной газеты не хотелось. Да и было в этом несчастном выпивохе что-то родное, знакомое. Савениец интуитивно чувствовал в нем хватку коллеги по мошенническому цеху. Его бы в чувство привести, приободрить.

К тому же, весьма часто главные редакторы бывали вхожи в светские круги, а Рурыку как раз требовался свой человек на приеме.

Идея родилась молниеносно.

— Когда вы должны сдать свежий номер в печать? — бодро спросил Рурык, забирая у редактора бутылку.

— Вечером, — с тоской отозвался мужчина.

— Отлично! Я знаю, как распродать весь тираж и переплюнуть конкурентов!

— Серьезно? — оживился редактор, но мгновенно сник. — А толку? Продавать нечего. Номер не готов. О чем мы напишем?

— Вы не поверите… — расплылся Рурык в улыбке.

* * *

На следующее утро возле ларьков со свежей прессой творилась вакханалия. Народ толпился, скупая «Герденовский Правдоруб» пачками. Перекрикивая друг друга, толпа совала продавцу монеты, стремясь первыми урвать утренний выпуск.

Виной всему был крупный заголовок на первой странице:

«АКЦИЯ!

В честь дня рождения мы подготовили сюрприз!