Книга Тайна Верховной жрицы, страница 148 – Виктория Виноградова

— А император?! Если ему так нужны деньги на войну, почему не взять их у аристократии? Почему не ввести налог для них? Ведь у богачей явно больше денег.

— Да! Верно говоришь! — поддерживали в толпе.

— Но Альбергу проще обирать свой народ! Доводить людей до нищеты! А знаете почему? Император трус! Он боится, что аристократы могут его свергнуть. Он зависит от этих толстосумов. Пока знать купается в роскоши, простые люди умирают от голода! Равзе это справедливо?!

— Не-е-ет!!! — ответила толпа дружным ревом.

— Настало время скинуть разжиревшую знать со своей шеи! Сколько можно кормить этих алчных политиков? Они забыли, что настоящий хозяин Иривии — ее народ! Мы! Именно нам принадлежит страна, и мы напомним богачам кто здесь главный! Вернем родину!

Одобрительный рев пронесся над площадью.

Народ предвкушал революцию. Особенно были взбудоражены молодые парни. Они давно ждали повода проявить себя, а незаконность происходящего лишь сильнее подхлестывала азарт. Мальчишки меж собой перемигивались: «Уж сегодня мы им покажем! Зададим жару толстозадым!»

Мужчины постарше тоже смекнули, что нынешний митинг отличается от всех прошлых — будет драка. Те, то пришел с женами и подругами, спешно уводили их из толпы. «Сейчас-сейчас, вернусь. Домой отведу и обратно», — поясняли они. В отличие от молодых ребят, эти не рвались в бой, но и не отлынивать не собирались. Понимали, что, возможно, это единственный шанс изменить будущее, и малодушничать нельзя.

Чем дальше, тем яснее становилось, что готовится переворот. Весть об этом разносилась с молниеносной скоростью. Спустя пару часов на площади остались в основном мужчины, а с окраин города стали подтягиваться группы молодчиков, вооруженных дубинками.

Лагерь разбился на небольшие островки. В одних местах раздавали палки, в других помогали мастерить из досок защиту, в-третьих, выдавали активированную землю и учили атакующим заклинаниям. Аферисту было невдомек, что такое оживление вызвали не его речи, а вовремя подоспевшие савенийские шпионы. Они уже не первую неделю присматривались к Рурыку, выясняли его происхождение, мотивы. И сейчас готовы были помочь, если их земляку удастся возглавить протест.

Рурык ходил меж толпы, воодушевлял, жал руки и обещал, что «сплотившись, мы свергнем знать». Вместе с этим он как никогда явственно осознал, насколько отличается от простого народа. Он и раньше чувствовал этот разрыв, вероятно, оттого инстинктивно старался отгородиться, всеми силами пытался вырваться в другой круг — к аристократии, но лишь этим утром все окончательно прояснилось.

Каждый человек хочет жить хорошо, но первые добиваются этого самостоятельно, а вторые ждут, когда за них это сделают другие. Взять демонстрантов: каждый, кто пришел на площадь, уверен, что борется за собственное счастье, но предложи им возглавить протест — сколько человек согласятся? Сколько не побояться вести за собой людей и занять трон?

Редко у кого хватает мужества брать на себя ответственность за чужие судьбы. Проще прийти на митинг и сказать: «Дорогой наш лидер, ты, пожалуйста, сделай нас счастливыми, а мы ради этого можем на площади постоять, лозунги покричать, если очень надо, то даже ввяжемся в драку с нынешней властью, только не требуй от нас большего».