Книга Тайна Верховной жрицы, страница 118 – Виктория Виноградова

Элика не оценила идею. Она ее и не поняла.

— Это все замечательно, — вежливо откликнулась девушка, — но я отказываюсь в этом участвовать.

— Как это? Ты меня сама только что вдохновила! Я ведь благодаря твоей фразе все придумал! Слушай, один я точно не справлюсь. И ты только представь, какие деньги мы с этого получим!

— Рурык, остановись! — взмолилась Элика. — Хватит твоих финансовых махинаций. Ты мне тоже самое пел про оффшоры, про банк. Что мы озолотимся. И где это все? Нет, ты как хочешь, а я ухожу.

— Элика! Ты совсем не о том думаешь, — раздосадовано произнес Рурык. — Представь затею в масштабе! Я построю целую сеть! Тысячи, сотни тысяч горожан будут нести мне свои деньги. Сами! На этот раз я прав! Это же мечта любого обывателя — ничего не делать и при этом получать деньги! Знаешь… пожалуй момент с двойным гражданством даже лишний. Он только запутает людей. Обойдемся и без него. Оставим только ту часть с привлечением знакомых.

— Я не шучу, — строго произнесла девушка. — Мне правда надоело. Я с утра до вечера занимаюсь твоим банком, беседую с этими зажравшимися аристократами, а толку — ноль.

— Так а я о чем? Все! Никаких больше аристократов! Только простые люди. Как ты, Кыр… как я, — Рурык присел на подлокотник кресла, обняв собеседницу за плечи. — Эличка, лапушка, ну как тебя уговорить? Я один не справлюсь. А ты и с банковским делом успела познакомиться, и… ну куда я без своего казначея?

— Рурык!!! Не-ет!

— Пожалуйста. Последний шанс, — мошенник встал на колени. — Клянусь: если это не сработает, я сделаю все, что пожелаешь. Хочешь телепорт? Буду прилежно кататься по всем городам и выдавать себя за изобретателя. Все что скажешь, только доверься мне. Последний-распоследний разочек.

— Неделя. Слышишь? Если за неделю не сможешь заработать хотя бы тысяч пятьдесят — мы с Кыром уходим.

— Вызов принят! — бросил Рурык и нервно облизнул губы.

Еще никогда Меган не чувствовала себя настолько унизительно. Ни издевательства Шедека, ни высокомерие Теи, ни презрение жречества не ранили самолюбие так, как арест. Когда ее, Верховную жрицу, вели через весь Собор под конвоем, а челядь стояла живым коридором и потешалась — щеки девушки пылали от стыда.

Большинство из присутствующих не было знакомо с Меган, но это не мешало злорадствовать и сплетничать: не каждый день увидишь, как арестовывают Верховную. Все, от поломойки до младшего жречества, обсуждали рыжеволосую, гадая, что ее ждет: виселица или гильотина? И сходились во мнении: если Ее Святейшеству отрубят голову — выйдет зрелищнее.

До Меган доносились их перешептывания, но жрица старалась не подавать вида. Она шла вперед, не глядя по сторонам. Зубоскальством и жаждой крови прислуга в очередной раз показывала истинную сущность — когда не можешь достичь вершины, нет ничего слаще, чем увидеть, как кого-то с нее сбрасывают.

О смертной казни Меган старалась не думать, иначе сердце начинало биться с такой силой, что казалось еще немного и грудную клетку разорвет.

Мысли метались в хаотичной панике. Думалось сразу и про все. И как ей следует защищаться перед следователем, и кому успел рассказать Шедек о том, что Меган замешана в отравлении старшей жрицы Альха?

«А если это не Шедек рассказал про смерть старшей? — размышляла рыжая, пока ее вели к следователю. — Что, если это тот же человек, кто убил Аджа и одновременно оболгал Тею, выставив ее убийцей? Он избавился от одной пары любовников, теперь взялся за вторую. И точно так же: магистра убил, а любовницу пытается засадить в тюрьму».