Книга Пленница генерала-дракона, страница 78 – Виктория Виноградова

Вздыхаю, поняв, что придется ответить обстоятельно, иначе не отвяжется.

— Ну, у нас, если девушка едет одна — к ней относятся с подозрением. Могут даже с поезда ссадить. Считается, что негоже женщине путешествовать в одиночестве. И вообще женщина — это приложение к мужчине. Куда он, туда и она. У женщины не должно быть своих мечтаний и целей. Предел ее счастья — слушаться во всем мужа и быть ему надежной опорой.

Жду, что Горан высмеет. Скажет: «И правильно, баба должна дома сидеть и мужа обхаживать, а не по стране мотаться».

— Странные вы, — произносит он. — У нас любая вольна сама решать, куда ей отправиться. Правда, мест в княжестве не так много. В основном небольшие городки у моря, да поселения близ границ с вашим царством.

От его слов мне и грустно, и… не знаю даже. Завидно что ли? Неужели у них и правда настолько отличаются нравы от наших? Или он специально мне тут тень на плетень наводит, чтобы к отношениям склонить?

— Лучше расскажи, о чем ты сам мечтаешь? — спрашиваю я.

Горан задумывается. Похоже, такая мысль даже не приходила ему в голову.

Хмурится. Будто пытается что-то вспомнить. Или придумать.

Но только он открывает рот, как над колосьями появляются высокие тени. Сначала думаю: мираж.

Но нет.

Из пшеничного моря выходят люди. На ходулях.

Длинные, жутковатые. В руках у них палки, которыми они прощупывают почву. Идут, переставляя ходули, словно цапли. На путниках что-то вроде плащей: темных, лохматых. На головах широкие шляпы, защищающие от солнца. Лица в тени, не разглядеть.

Движутся медленно, спокойно. Будто поле — их дом.

Горан хватает меня за запястье и тянет в низ, в траву.

— Кто это? — спрашиваю шепотом.

До одури хочется высунуться и получше разглядеть странников.

— Сиди тихо.

— Ты меня сейчас задушишь, — ворчу, но послушно пригибаюсь еще ниже.

Люди на ходулях проходят метрах в сорока от нас. Я слышу скрип дерева. Шорох их плащей. Доносится запах жженых трав.

— Давай проследим, куда они намылились? — предлагаю я.

Мы до сих пор лишь примерно представляем, в какой стороне Невьград. У нас ни еды, ни воды. А люди не выглядят опасными. Возможно, удастся попросить у них помощи. Может даже подскажут в каком направлении нам двигаться дальше.

— Ни в коем случае, — шипит Горан. — Они дикари. Язычники. Кровавые. Заметят нас — убьют.

— Ага. Где-то я уже слышала подобное, — скептически хмыкаю, намекая, что ровно такие же байки рассказывали в Светозарье о жителях Невьграда.

— Я серьезно. Они сумасшедшие. Для них мы — добыча.

— Ну не знаю, — все равно я сомневаюсь. — Давай все же проследим за ними? Может на какую-нибудь более нормальную дорогу выведут? А то мы сейчас, как слепые котята: тычемся-мычемся. Может Невьград вообще в другой стороне. Ты же не знаешь.

— Веселина…

— Ну пожалуйста, — прошу я. — Тихонечко. Издали. Если что — сразу свернем.

Горан молчит. Долго.

Я уже готовлюсь к тому, что он по традиции скажет «нет». Но все-таки соглашается:

— Будешь слушаться во всем. Скажу «бежим» — ты бежишь. Без вопросов. И без споров. Поняла?

— Поняла.

Соглашаюсь. Потому как уверена, что все будет хорошо. Не просто так нам эти люди встретились. Явно каким-то образом помогут. Интересно только, каким?