Книга Пленница генерала-дракона, страница 66 – Виктория Виноградова

Пока Лиза фотографировала, мы с Ратимиром по ящикам порылись и обнаружили старые расчеты обрушения. Их тоже Лизе подсунули для фотосъемки. Я надеялась найти настоящие заключения ученых, но их, похоже, уничтожили.

Карту мы свернули и обратно в шкаф убрали, чтобы, когда полиция ворвется с обыском — улики были на месте. И все следы за собой замели, чтобы Велезар раньше времени не догадался про то, что мы теперь все знаем.

Как до дворца добирались — отдельная история. Вокруг уже мракокрылы летают. То и дело пальба слышна. Мы несемся во весь опор. Перебежками от одного здания до другого. Добежим до безопасного места. Проверим, что небо над нами чистое, и к следующей точке.

Натерпелись страху — будь здоров. Но главное, и заговор раскрыли, и доказательства добыли. Ну не молодцы ли?

— И где снимки? — Горан недоверчиво смотрит на нас.

— Надо проявить, — отвечает Лиза. — Мне нужно полтора часа. И темная комната. Сам увидишь, что мы не врем.

Горан молчит. Замечаю, как на лице ходят желваки. Представляю, какой это удар для него. И как он отчаянно отказывается верить в то, что прямо под боком кто-то замышлял диверсию. Наверное, еще и уязвленное мужское самолюбие играет. Каково признать, что ошибался? Что какая-то светозарка раскрыла то, что он сам не смог?

Ожидаю, что опять будет спорить. Припоминать мне мое вранье.

Но нет. Вместо этого он сухо произносит:

— Ратимир, предоставь Лизе темное помещение и помоги ей с проявкой. Как только будут готовы снимки — ко мне.

Голос ледяной. Ни единой эмоции. Хотя по глазам видно, какая там ярость внутри бушует.

Мне его даже по-человечески жаль. Но в конце концов, главное, что заговор вовремя вскрылся и пока еще никто не пострадал.

Лиза радостно улыбается:

— Через полтора часа будут готовы в сыром виде, а к завтрашнему вечеру смогу их отпечатать на бумаге в хорошем качестве, чтобы показать Чернобогу.

Представляю, что это будет за аудиенция. Велезару крупно повезет, если Владыка сразу его по стеночке не размажет.

Помощник уводит Лизу. Горан поворачивается ко мне:

— Расскажи слово в слово все, что ты слышала.

Начинаю пересказывать события ночи. Как мы оказались в кабинете Велезара, как подслушали его разговор. Как узнали, что он запугивал ученых, как усугублял ситуацию с трещинами.

Горан молчит. Не перебивает.

Когда заканчиваю рассказ, он медленно произносит:

— Я тебя услышал.

И все. Никаких комментариев. Ничего. Лишь мрачная решимость.

Мне страшно. Я еще не видела его таким злым.

— Сможешь все это пересказать Чернобогу? — спрашивает он.

— Конечно. И я, и Лиза. Обе все подтвердим.

На этих словах дверь покоев распахивается.

— Так-так-так, — протягивает Велезар с омерзительной улыбочкой. — Так и знал, что застану вас здесь. А где еще двое?

— Сам решил прийти? — Горан пронзительно смотрит на жреца. — Ты арестован.

Жрец еще гаже ухмыляется и выплескивает на Горана пахучую жидкость.

— Ошибаешься, градоначальник. Взять его!

Нас хватает стража из храма. Жду, что сейчас дракон вырвется наружу и никому тут мало не покажется. Но дракона нет. Горан дергается, однако, даже с его силой не может скинуть с себя с десяток человек.

— Так это правда? — рычит Горан.

— Смотря о чем ты, — жрец взирает на нас с презрением.

Так бы и врезала ему, но стражники крепко держат мои запястья, и я могу лишь в бессильно трепыхаться.