Книга Пленница генерала-дракона, страница 3 – Виктория Виноградова

Дверь купе открывается. Вздрагиваю. Думаю: «Опять этот проводник». Ан нет. Барышня. Из благородных. В платье пышном, шляпке.

— Умоляю, спасите, — едва не бросается ко мне на колени. — Спрячьте меня. Прошу.

«Что происходит?», «Вы кто такая?», «Кто вас преследует?» — вопросы проносятся ворохом. Но вслух не спрашиваю, и так видно, что барышня в переплет угодила. Ей сейчас не до моих расспросов.

«Спрячьте». А куда? Купе маленькое: две скамейки да полки навесные для поклажи. Под скамейкой у меня сундук дорожный стоит. И там же ящик деревянный, которым я проводника шуганула.

— Прошу вас, — подгоняет барышня.

— Да думаю я, думаю, — прикидываю на вид габариты девицы и размер сундука. Если вытащить палатку, котелок и прочие вещи — может, и поместится.

— Помогайте, — открываю сундук. — Других вариантов нет.

Хорошо, что девица оказывается сообразительная и не избалованная. Не капризничает, не ноет, что платье ее помнется. Проворно выкладывает вещи и лезет в сундук. Что ж у нее такое приключилось, что аристократка готова по чужим багажам прятаться?

— Кто он? — спрашиваю, пока помогаю девице разместиться внутри.

— Жених. Умоляю, не выдавайте меня. Прошу вас.

— Не выдам, — ободряюще улыбаюсь.

Закрываю крышку, сверху кладу рюкзак и деревянный ящик. Только успеваю сесть, как в купе врывается красный от злости мужчина.

— Где она?! — орет он, вытаращив на меня глаза. — Я знаю, что она забежала сюда!

Веселина

— Что вам нужно? — картинно взвизгиваю. Веду себя так, будто я спокойно читала газету, как вдруг вломился незнакомый мужчина. В мое купе. Средь бела дня. Подумать только!

— Куда ты ее спрятала? Говори немедленно! — ворвавшемуся глубоко плевать на мои театральные этюды. То ли актриса из меня паршивая, то ли хам уверен, что его невеста прячется именно здесь.

И ведь, как назло, я даже выставить его не могу. Начну звать проводника, и что? Он придет, мужика выпроводит. А потом ехидно спросит: «Что же ваш супруг? Почему не заступился? А может нет у вас никого?» И ссадит с поезда.

— Где она? Там? — ворвавшийся указывает на сундук.

Вот ведь догадливый какой.

Шуметь нельзя. Вытолкать силой тоже не получится — мужчина намного крупнее меня. Ниче-ниче, сейчас что-нибудь придумаю.

Мозг пронзает идея.

— Спаситель! Родненький! — кидаюсь на шею мужчине. Он отшатывается и удивленно таращится. — Вас мне сама судьба послала! Выручайте! Вот!

Указываю на деревянный ящик, которым запугивала проводника.

— Что «вот»? — мужчина озадаченно пялится на поклажу. Он-то явно полагал, что я стану кричать и визжать, а тут, наоборот, ликование и радость. Еще и не понятно по какому поводу.

— Жуки-трупоеды, — произношу с важным видом. — Внутри. Были. А теперь разбежались по всему купе. Их нужно срочно изловить, пока они тут всех на смерть не загрызли!

— На смерть? — боевой напор медленно сдувается.

— За минуту прогрызают плоть до самых костей, — сочиняю я, сдабривая слова взглядом сумасшедшей ученой. Пока с отцом по экспедициям ездила — каких только персонажей не повидала, так что хорошо знаю их поведение.

Мужчина мнется и пятится к двери.

— Вы мою невесту видели?

— Невесту? И невесту зовите. Пусть помогает. Только скажите ей, чтобы руками не трогала, — вкрадчиво произношу я, подходя вплотную к мужчине. — А то жуки они знаете какие?