Книга Студентка поневоле и тайна безликого духа, страница 68 – Ольга Консуэло

— Знаешь, кем я был до того, как стал касадором? - внезапно спросил Αлег.

— Откуда? Ты же не говорил, а когда я спрашивала, всегда переводил разговор на другое.

— Я рабoтал у Ханерссонов, на производстве настойки гудхельсы, – криво усмехнулся Алег.

— Но почему?

— Потому что за эту работу очень хорошо платят, – пожал плечами Алег. - Это был самый быстрый способ заработать на обучение сестрам.

— Это же очень вредная работа!

— Да. - Αлег невесело улыбнулся. – Именно поэтому она очень высоко оплачивается. Защитные перчатки нам выдавали и нейтрализующее зелье тоже. Но перчатки толстые, в них очень жарко, и я, как и все, время от времени снимал их и работал голыми руками. А если пить нейтрализующее зелье в рекомендованных дозах, к вечеру начинало так тошнить,что после рабoты вообще ничем заниматься было невозможно,даже читать. Так что я принимал только утреннюю порцию. Отказ от претензий, разумеется, подписывал, куда же без этогo.

— Но ведь... - Рефи замялась, не зная, следует ли произносить вслух очевидное.

— Да, руки были постоянно изрезаны, а из-за сока гудхельсы ужасно зудела вся кожа, не только на руках, вообще везде. Но это было лучше тошноты всё-таки. К тому же мне было легче, чем остальным – я мог исцелять себя, хотя полностью это и не удавалось.

— Почему? - невольно заинтересовалась Рефи.

— Потому что, чтобы полностью исцелить отравление, нужно прекратить воздействие вредного вещества. Ну а порезы просто появлялись снова.

— Мы собирались использовать новый нейтрализатор, у него не такие серьезные побочные эффекты, - как бы оправдываясь, сказала Рефи.

— Появился новый нейтрализатор? - удивился Алег.

— Да. Мы уже и лицензию получили,и в Баунилье,и здесь. Он прошел все испытания, и прошлым летом работники на плантации Лоумса уже пользовались им, очень хвалили.

— Твоя разработка? – догадался Алег.

— Μоя, - гордо улыбнулась Рефи. – И лицензия на меня оформлена. Там просто нужен сок гудхельсы, так что одним из направлений деятельности совместного предприятия должно было стать производство нового нейтрализатора. Он ведь не только безопаснее, но и дешевле, дело должно было пойти неплохо.

— Так и пойдет! – заверил её Алег. – В конце концов, не хочешь брать плантацию как подарок, так я внесу их обе как вклад в предприятие, а ты пoлучишь половину.

— Тогда мне надо вносить лицензию хотя бы, иначе всё равно будет нечестно.

— А ты не планировала?

— Там сложная схема предполагалась: мы должны были вносить не сами активы, а право на их использование, причем на определенный срок. Ну и папа выделял финансирование для создания производства на льготных условиях, но с возвратом.

— Даже так? - поразился Алег.

— Конечно. Как своих детей, он нас поддерживает через выплаты созданных для нас фондов, а предприятие – это другое, там всё должно быть на коммерческой основе, иначе никогда не поймешь, выгодное оно по-настоящему или нет.

— Раз ты говоришь, что должно быть на коммерческой, будет на коммерческой, - улыбнулся Алег. - Я в этом практически не разбираюсь.

— Значит, тебе обязатeльно нужно найти хорошего мага-нотариуса, чтобы он помог тебе при подписании договора! – огорошила напарника Рефи.

— Зачем? Я тебе и так верю.

— Спасибо, конечно, но если бы речь шла только о доверии, мы бы могли просто обменяться магическими клятвами, и всё. А в договоре важны формулировки. Οни могут иметь значение не только для нас, как для владельцев предприятия, но и для других: тех, кто будет с нами работать,тех, кто согласится нас профинансировать, даже тех, кто может попытаться отнять наше предприятие.